Взрыв готовится в тайне — до того как перо сейсмографа покажет первую трещину на земле. Три сердца бьются в напряженном ожидании, когда четвертый — военный — замер в кадре, готовясь привести в действие механизм взрывателя. Атмосфера напряжения и тревоги окунает читателей в мир приключений 1969 года....
— Ну и что же... Вы им сказали, кто звонил от вас по телефону?
— Я не запомнил. Мало ли тут бывает проезжих.
— Например, как сейчас? Это было приблизительно в половине четвертого, вчера...
— Я не помню... А что он натворил, тот, кого разыскивают?
— Вероятнее всего — ничего. Он может дать очень ценные свидетельские показания, но, так же как и вы, не хочет иметь дела с полицией. Он ваш родственник или просто приятель?
— Я его никогда раньше в глаза не видел!
— Это связано с убийством Грига. Он первым увидел труп и сообщил по вашему телефону в полицию.
Бармен свистнул.
— Почему об этом ничего не было в газете и по радио?
— Полиция не разрешила давать сообщение. Понимаете, мне тоже нельзя портить отношения с ними. Ведь это мой хлеб.
Бармен понимающе кивнул головой и перевернул бифштекс.
— Тогда чего же вы у меня выспрашиваете?.. С картофелем?
— Ага. И побольше лука... В нашем деле всегда нужно знать новости раньше других.
— Я им ничего не сказал. Я действительно не видел, кто звонил отсюда по телефону.
— Спасибо. Как он выглядел?
— Кто?
— Ну, тот, кто был у вас вчера в половине четвертого пополудни.
— Я не смотрю на часы, когда ко мне приходят посетители.
Некоторое время Ган молча жевал.
— Горчицы? — спросил бармен.
— Спасибо. А вы не думаете, что упоминание в газетах о вашей закусочной, хотя бы и по такому поводу, сделает вам бесплатную рекламу?
— Думаю.
— Ну?
— Был тут у меня вчера днем один метис... Лицо у него такое, знаете, конопатое, должно быть, после оспы.
— Номер машины не заметили?
— Нет. У него была очень старая машина, года сорок девятого, наверно...
— И он ничего не спрашивал?
— Нет. Выпил стакана сока, взял сосиски и сразу уехал.
— В половине четвертого?
— Примерно в это время... Кофе?
— Охотно. И нет ли у вас персикового джема?
— Могу предложить сливовый. Персиков у меня оставалась только одна банка, да ее пришлось выбросить. Наползли муравьи.
— Ничего, давайте сливовый. А что за муравьи?"
"— Обыкновенные муравьи. Противные, серые, как мокрицы. Я оставил банку не плотно закрытой, так вы бы видели, сколько их набралось! Прямо облепили всю банку!
— Очень интересно... — рассеянно заметил Ган Фишер, допивая кофе. — Ну что же, спасибо за вкусный завтрак и за то, что вы рассказали... Сколько с меня?
— Доллар двадцать. Когда будете писать, не забудьте упомянуть, что у нас можно перекусить в любое время...
