Взрыв готовится в тайне — до того как перо сейсмографа покажет первую трещину на земле. Три сердца бьются в напряженном ожидании, когда четвертый — военный — замер в кадре, готовясь привести в действие механизм взрывателя. Атмосфера напряжения и тревоги окунает читателей в мир приключений 1969 года....
Только две. Как будто ничего не случилось. Этим я дам ей понять, что я все знаю, и все понимаю, и все прощаю, и хочу, чтобы все было между нами по-прежнему. Она умная и должна это понять. Она сделает вид, что ничего не заметила, и наденет сегодня эти серьги и тем самым без слов, ничего не говоря, скажет мне, что она меня понимает. Конечно, вся эта история с Григом чудовищное недоразумение. Когда будет установлена причина смерти, все успокоится само собой...»
— Я слышал, доктор, вы занимаетесь проблемой биологи ческой радиосвязи у насекомых? — сказал доктор Ширер.
— Да, я работаю в этой области, — сказал Нерст.
— Это очень интересный вопрос. Разбирали ли вы его с физико-технической точки зрения?
— Сейчас это мне кажется еще преждевременным. До последнего времени сам факт биологической радиосвязи представлялся весьма спорным. Пока мы не научимся уверенно принимать и генерировать радиоволны, на которых осуществляется эта связь, трудно говорить о механизме генерации.
— Меня этот вопрос интересует с чисто теоретической, принципиальной точки зрения.
— Спекулятивной шумихи?
— Ну, вы, пожалуй, слишком резко выразились...
— Все эти опыты с передачей мыслей, конечно, производят на первый взгляд несколько странное впечатление. Но, может быть, все дело в том, что это слишком необычно? Не укладывается в привычные рамки нашего рационального мышления, которое мы привыкли считать непогрешимым?
— И все же это весьма смахивает на мистификацию.
— В экспериментах на животных и особенно на насекомых мы получили совершенно достоверные результаты... Теперь я провожу некоторые опыты на обезьянах. Просто мы еще очень мало знаем. Мы всегда хотим видеть мир таким, каким создали его в своем воображении. Но мы забываем, что как бы много мы ни знали, мы не знаем всего.
— Я не хочу с вами спорить, дорогой доктор Нерст, но этим, я бы сказал, скорее философским вопросам.
— Конечно, здесь еще очень много субъективного и слишком часто желаемое выдают за существующее. Но я и не занимаюсь телепатией. Я энтомолог и изучаю насекомых.
