Аня прячется среди кустов, надеясь уйти от погони. Воздух мрачен и неприкаянный, а тревожный крик неуловимого существа лишь подстегивает её бдительность. Дорога впереди выглядит безопасной, но каждый шаг становится испытанием для невестки Анны Михайловны Лавровой.
Даренс задумчиво кивнул и сказал:
— Надо самому язык учить. Переводчик — хорошо, но у него все-таки есть небольшое запаздывание, а это мешает.
Потом посмотрел на Аню еще раз:
— Ты до попадания на Терру вот такой была?
Девушка кивнула.
Дар рассмеялся:
— Выгляди ты так на той полянке, никто тебя за мальчишку бы в жизни не принял Алескер никогда еще так сильно не ошибался!
Весело фыркая, он направился обратно в гостиную.
Аня последовала за своим бывшим квадригом. Бывшим? Захочет ли она вернуться на Терру? Эти вопросы девушку особо не беспокоили, но она, впервые после возвращения на Землю, задумалась о Терре.
(terror — ужас (англ. яз.), произносится как «тера»)
— Аня объяснила той странной женщине, что мы — из Аустралии, мастер и сопровождающие его практиканты — как-то так она, по-моему, сказала, — объявил Даренс растянувшемуся в кресле Дантерену и стоящему у окна герцогу.
— Да, и еще — не забываете, что вы плохо понимаете русский язык, — добавила вошедшая вслед за Даром Аня. — Так вам будет проще. Даст время на обдумывание ответов.
Дантерен кивнул и вернулся к вопросу, который он начал обсуждать с Анной по дороге к ней на квартиру, о том, какие последствия могут быть из-за столкновения на выходе из абриса с той женщиной.
Штурм-капитан оставил на полу тонкий кристаллический кубик с нано-графической проекцией абриса. Кристаллу требовалось всего полчаса на полную реконструкцию образа: изображение сначала создавалось, затем отвердевало, после чего его становилось довольно непросто отличить от оригинала. Естественно, за исключением свойств. Вся идентичность ограничивалась только внешним видом.
Дантерен волновался из-за женщины, все еще пребывавшей в легком обмороке, когда они покидали ее квартиру.
