Автор
Москва 1918: Непогода за окном напоминает о прошлой войне. В эти мрачные дни освещают лунный свет улицы и домоны, где таится история и загадки. Здесь, в полумраке, начинается рассвет нового времени, когда каждое шагу можно слышать шаги предыдущих эпох.
Что за этим последует, вы знаете лучше меня.
– Что вы предлагаете?
– Понятия не имею. Думайте сами.
– Но вы сказали, у меня есть шанс. В чем вы его видите?
– Да это я так сказал, от жалости к вам и из-за своего природного оптимизма.
В кабинет заглянула Ирина, испуганно прошептала:
– Он возвращается! Я видела в окно!"
"– Барышня, вы напрасно переполошились, – успокоил ее Агапкин, – идите, встретьте молодого человека. Зовут его Гоша, он будет рад, если вы поможете ему разобрать покупки. Идите, не маячьте здесь, вы мешаете.
Через минуту в прихожей хлопнула дверь. Адам несколько раз грозно тявкнул. Охранник, в куртке, в ботинках, влетел в кабинет.
– Все в порядке, Гоша. Это мои гости. Ирину ты уже видел. Она поможет тебе разложить продукты и приготовить чай. А ты пока возьми Адама и погуляй с ним.
Пес ужасно не хотел уходить. Но старик пошептал ему что-то на ухо, погладил, легонько столкнул с колен. Тревожно оглядываясь, пес покинул кабинет вместе с охранником.
– Ну а вы что стоите, барышня? На кухню, марш, быстро.
– До меня на острове искали многие. Никто не нашел, – мрачно произнес Радел.
– Вы имеете в виду экспедицию сорок четвертого года? Фриц, это была глупейшая затея, еще более бессмысленная, чем походы за Граалем, водружение флага со свастикой на Эльбрусе, вылазки в Тибет, опыты доктора Фишера на острове Рюген.
– Не морочьте мне голову, Дисипль! Цель экспедиции Фишера на остров Рюген заключалась в том, чтобы установить расположение судов Британского флота!
– Браво! Неплохо знаете военную историю. Засечь корабли они собирались при помощи инфракрасных лучей, используя вогнутость земной поверхности, которая позволяет лучам пронизывать пространство невероятно далеко.
Лицо Радела побагровело. Обычная невозмутимость изменила ему. Он ничего не мог сделать со стариком, не было у него рычагов воздействия на Федора Федоровича. Оставалось терпеть и ждать, когда старик сам соизволит ответить на вопросы, вернее, на единственный, жизненно важный для Радела вопрос.
– Ну что вы опять таращите глаза? – Агапкин поморщился.
