Автор
Москва 1918: Непогода за окном напоминает о прошлой войне. В эти мрачные дни освещают лунный свет улицы и домоны, где таится история и загадки. Здесь, в полумраке, начинается рассвет нового времени, когда каждое шагу можно слышать шаги предыдущих эпох.
А вам они зачем?
Радел отодвинул кресло старика от стола, кивнул Ирине. Она молча включила компьютер.
– Назовите сразу пароль, чтобы нам не терять время, – сказал Радел."
"– Фриц, я не пойму, вы действительно так сильно деградировали за то время, пока мы не виделись? Или присутствие барышни действует на вас расслабляюще?
– Пароль, – спокойно повторил Радел и шагнул ближе к старику.
Рык Адама звучал все громче. Пес дрожал и скалился. Федор Федорович едва удерживал ошейник слабыми пальцами.
– Угомоните собаку, если не хотите, чтобы я причинил ей вред, – быстро произнес Радел.
– Адам, тихо, иди сюда, залезай. – Федор Федорович легонько потянул ошейник вверх.
Пес неловко вскарабкался на колени к хозяину. Это разрешалось ему крайне редко, в особых случаях. Старик принялся поглаживать пса, почесывать, прошептал что-то ему на ухо. Адам улегся удобней, немного успокоился, однако глаза его неотрывно следили за Раделом.
– Дисипль, мы теряем время, назовите пароль и нужные файлы. Мы уйдем, как только скачаем их, – сказал Радел.
– Фриц, зачем они вам? Неужели всерьез верите, что они могут вас спасти?
– От чего именно спасти? – быстро, тревожно спросил Радел и покосился на Ирину.
– От разоблачения, мой друг, и всего, что за ним последует. Но что уж теперь говорить напрасно? Пустые мечты. Поздно, дорогой мой Фриц. Слишком много вы совершили ошибок. Мне очень жаль.
– В чем ошибки?
– Хотите, чтобы я объяснял вам это при барышне?
Радел отвел пристальный взгляд от старика, посмотрел на Ирину, хмуро помолчал, наконец процедил сквозь зубы:
– Сестра, выйдите и закройте дверь.
Ирина послушно удалилась. Радел опять уставился на Агапкина.
– Ну, Дисипль. Я слушаю. В чем вы видите мои ошибки?
– Фриц, вы взвалили на себя непосильный груз, – сказал старик, – вы не годитесь на роль Альфреда Плута. Пока это понимаю только я, но очень скоро это станет ясно всем. Вы не он и никогда стать им не сумеете.
– Почему?
– Альфред Плут не применял насилия и чтил законы. Будь он на вашем месте, он ни за что не стал бы устраивать этот отвратительный спектакль с поджогом, убийством, похищением.
– Почему?
– Да потому, что мне это не нужно. Я заинтересован в препарате не меньше вашего, и мне наплевать, кто предоставит мне эту возможность. Для меня главное раздобыть свою дозу как можно быстрее.
