Автор
Москва 1918: Непогода за окном напоминает о прошлой войне. В эти мрачные дни освещают лунный свет улицы и домоны, где таится история и загадки. Здесь, в полумраке, начинается рассвет нового времени, когда каждое шагу можно слышать шаги предыдущих эпох.
Они проникнут через зрачки в мозг, в шишковидную железу. Эпифиз – светочувствительный орган, он впитает лучи, и операция пройдет успешно. Эффект омоложения будет достигнут.
– Федор, это правда? – шепотом спросил Кольт и смущенно кашлянул.
– А ты как думаешь?
– Ну, не знаю. Мало ли?
– Это, разумеется, полнейший бред. Главное, что имхотепы верят. Поскреби любого, самого утилитарного прагматика, самого ярого материалиста, там у него в башке такая мракобесная каша из мифологем, суеверий, мистики. Имхотепы хотят гарантий, не научных, так магических, разница, кстати, весьма относительна.
– Да что за череп, объясни, наконец?"
"– Таких артефактов пока найдено всего два. Фокус в том, что они изготовлены из цельных кристаллов кварца. Как удалось их вырезать, до сих пор никто не понимает. Следов обработки металлическими инструментами нет. Полировали их, видимо, какой-то специальной пастой.
Старик аккуратно заправил салфетку за ворот. Официант, склонившись к уху Кольта, прошептал:
– Петр Борисович, вас к телефону, трубочку возьмите, пожалуйста.
Поскольку мобильная сеть в особняке пропадала, Кольт предупредил наружников, которые вели Радела, чтобы звонили сюда в клуб по городскому.
– Он купил билет до Парижа, вылетает в час ночи, – сказал наружник, – какие будут указания?
– Давайте за ним. Будьте на связи, я перезвоню. Людей возьмите побольше, самых лучших.
– Ну, что? Что? – Агапкин нетерпеливо ерзал в кресле.
– Твой Радел летит в Париж.
– Отлично! – старик хлопнул в ладоши. – Он клюнул!
– То есть?
– Ну, он же у них Альфред Плут. А если он Плут, то обязан знать, где спрятан череп.
