Автор
Москва 1918: Непогода за окном напоминает о прошлой войне. В эти мрачные дни освещают лунный свет улицы и домоны, где таится история и загадки. Здесь, в полумраке, начинается рассвет нового времени, когда каждое шагу можно слышать шаги предыдущих эпох.
– А девушки подсаживаться за столик не будут?
– Ты издеваешься?
– Я серьезно спрашиваю.
– Нет. Девушек туда не пускают.
– Почему?
– Ну, если ты настаиваешь, мы можем сменить маршрут и поехать к девушкам.
– Ты, Петр, пошляк и циник. Твой дамский шарф пора бы уж постирать. Ты вообще его когда-нибудь снимаешь? Или даже спишь в нем?
– С чего ты взял, что он дамский?
– Мне так кажется. Скажи, пожалуйста, как проходит проверка? Удалось поймать кого-нибудь?
– Нет. Пока не удалось.
– Слушай, а может, тебе стоит взять Адама к себе на службу? Он их мигом вычисляет, ты сам это видел.
– Да, Федор, мои сотрудники получают достаточно высокую зарплату.
Петру Борисовичу не нравился иронический тон Агапкина. Он уже немного остыл после шока, вызванного первой атакой, но все равно бледнел и вздрагивал.
Иван Анатольевич из Германии по телефону и по электронной почте спокойно и толково организовал негласную проверку сотрудников.
Петру Борисовичу все-таки удалось связаться с медиамагнатом, неприятную статью отловили и сняли в последний момент.
Петр Борисович принял это объяснение, пожелал магнату, чтобы его имплантаты благополучно прижились, сказал, что наказывать за оплошность никого не нужно, все это ерунда, тема закрыта. Они оба посетовали, что стали редко видеться, и помечтали, как бы опять слетать вместе в Норвегию на рыбалку.
