В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
Сегодня я помог, завтра мне помогут. Война одна для всех.
Где-то рядом натужно взревел движок бронетранспортера. Послышался громкий треск, хруст и грохот. Мехвод одной из машин повел «броню» напролом через кишлак. Благо двенадцать тонн веса и столько же дури сносили хрупкую сухую глину на раз-два. Прорвавшись через пару домов, машина замерла на открытой площадке. Снова оглушительно заработал КПВТ. Краем глаза увидел, что чуть поодаль прорывается второй БТР, но тот уже дымился. Наверняка, его умудрились зацепить чем-то мощным.
Заметил как башня первого БТР крутанулась влево, пулеметчик навёл ствол орудия на цель. Раздалась длинная очередь. Из ствола вырвалась струя сизого дыма — очередь крупнокалиберных пуль разворотила целое гнездо на одном из склонов ближайшей гряды. Я осмотрелся — чисто. Одновременно из открытого люка показался кто-то из членов экипажа.
— Мужики, сюда! — заорал он, вертя головой по сторонам. — Нужно сваливать! Мы прикроем огнем!
Где-то севернее еще стреляли, но это были лишь одиночные.
Тут три варианта, либо всех врагов уже перебили, либо наших не осталось, либо душманы уже спускаются с ранее занятых позиций, чтобы зачистить кишлак от тех, кому повезло уцелеть.
Временное затишье. Справа, короткими перебежками, пригнувшись, показался разведчик в звании сержанта, сразу за ним бежал еще кто-то. Оба намеревались добраться под прикрытие «коробочки».
— Эй, сюда! — крикнул я, обращая внимание на себя. — Здесь трехсотый!
Сверху раздалась очередь, почти сразу еще одна — защелкали пули по глиняным стенам.
— Ты чего тут торчишь? — спросил первый. — Отступаем! Броня ждет! Времени мало!
— Раненого прихватите! — рьяно возразил я, указывая на Никиту. — Сам он не дойдет. А я не донесу, у меня нога прострелена.
Без лишних вопросов, тот, что был покрупнее, взвалил Никиту на плечи.
— Прикройте! Я пошел!
— Стой! — крикнул я. — Рано!
Выхватил из кармана зажигалку, вернулся к соломе, что была у сарая и быстро поджег ее.
— Вот теперь можно!
— Молодец, толково придумал! — похвалил разведчик, глядя, как клубы дыма направляются примерно по тому же маршруту, где и была наша цель.
— Справа, на три часа! — вскинув автомат с подствольным гранатометом, сержант жахнул куда-то вправо, за пределом моей видимости. Гулко грохнуло.
— Можно, пошел!
Очередным порывом ветра сдуло часть дымовой завесы.
