В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
Нам кое-что обсудить нужно!
Когда мы вошли в подразделение, худой и высокий дневальный только было набрал воздуха в легкие, чтобы погромче заорать, как Воронин активно жестикулируя, произнес:
— Не ори, Васильев! Я от твоего ультразвука оглохну скоро!
Дневальный, словно органический насос, кивнул и облегченно выдохнул.
— У нас что, пополнение? — поинтересовался я у командира, пока мы шли по центральному проходу. Никакого рядового Васильева у нас раньше не было.
— Да, рокировка личного состава. Первую и вторую роту перемешали по инициативе командира части.
Пока шли, я отметил несколько знакомых лиц из своих прежних сослуживцев — с ними потом побеседуем.
Когда вошли в канцелярию, там сидел незнакомый лейтенант.
— Ваня, погуляй немного, мне с Громовым нужно поговорить! — попросил Воронин, глядя на молодого офицера. Тот кивнул, снял со стула свой китель и направился к выходу из канцелярии.
— Так, у нас ужин через двадцать минут, но думаю, успеем обсудить главное.
Я тяжко вздохнул.
— Ну, а что тут скажешь? С одной стороны, конечно, хорошо… С другой, привык я уже здесь.
Воронин рассмеялся.
— Это подожди, ты еще обратно проситься будешь!
* * *Уважаемые читатели, как обычно, ухожу на выходные. В понедельник крайняя глава и старт 4 тома)
Глава 23
Служу Советскому Союзу
— Становись, равняйсь! Смирно! Равнение на середину!
Все двести с лишним человек послушно выполнили команду.
