Автор
Младший сын мэра переносит читателей в мир непростых взаимоотношений в высокопоставленной семье. Здесь каждый жест и слово имеют вес, а секреты скрываются под прикрытием формальных собраний и официальных дружеских встреч. Уникальная перспектива молодого главы города становится предметом зависти и внимания в кругах знакомых и чужих, создавая вокруг него мрачную атмосферу близкого соперничества и жестокой борьбы за первенство....
Закрыто там для тебя, Кирилл. Все. CLOSED.
Приседаю и юркаю под его рукой в сторону кухни. Наливаю чай и ставлю чашку на стол.
— Пей чай и уходи.
Почти уверена, что, стукнув кулаком в стену, он сейчас свалит. Но удивляет. Спокойно подходит и садится за стол.
О, черт… Отвернувшись к шкафу, слизываю с губ его вкус. В животе сладко схватывает.
Достаю себе чашку, обхватываю пальцами ручку электрического чайника. Сильно зажмуриваюсь.
Уходи! Уходи!.. Вали к ней! Неужели не чувствуешь, как я этого хочу?!
— Как беременность протекала, Настя?.
Снова торможу. Смысл его слов растекается, как клякса на бумаге.
— Что?.. Беременность?
— Были проблемы? — переспрашивает Кир.
— А… да. Были.
— Какие?
Наливаю себе чаю и поворачиваюсь к нему лицом. Держа кружку двумя руками, делаю небольшой глоток.
— Низкое предлежание плаценты.
— Что это?"
"— Неправильное расположение, и как следствие — угроза ее отслойки.
Кирилл сильно хмурится, видимо, пытаясь понять, о чем я говорю.
— Не забивай голову, — усмехаюсь я, — зачем тебе?
— Почему в реанимации была?
— Откуда знаешь? Даша рассказала?
С Кариной я такими подробностями не делилась. Девочки тоже не знают. Только Артур, Даша и мои родители.
— Сложные роды?
— Кир?.. Зачем все это?
Расположив локти на широко разведенных коленях, он опускает голову. Вижу, как ломает его всего, а отчего, понять не могу. Причин нет.
— Кирилл, — прошу тихо, — иди домой… тебя там ждут.
— Я не хочу, — вскидывает на меня взгляд.
Принимаю его посыл и задыхаюсь. Чувствую, как на лицо наползает жар, дышать только рывками получается.
Греховцев продавливает меня энергетикой. Заряжает воздух вокруг нас электрическими зарядами. И смотрит взглядом, больше похожим на прикосновение.
Скулы, губы, шея и ключицы воспаляются до ощущения покалывания. А потом вибрация устремляется вниз по ребрам, животу, бедрам, ногам. Достигает пяток и, возвращаясь, ударяет в низ живота.
— Уходи… — прошу еле слышно, — пожалуйста…
На столе стынет чай, а он все смотрит.
— Уйду… если скажешь, спишь с ним или нет.
— Если ты не уйдешь, я позвоню Карине. Прямо сейчас.
Как в пустоту говорю. На лице ни единой эмоции. Только аура его густеет.
— Спишь или нет?
— Уходи! — проговариваю металлическим голосом, сдерживаясь из последних сил.
— Спишь?
— Нет! — вскрикиваю я, — доволен?! Все, уходи!!!
— Настя… — начинает подниматься, а я пулей вылетаю из кухни и бегу к входной двери.
