В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
Я села рядом с захмелевшей Светкой и выпила протянутый кем-то бокал шампанского.
– Как твой больной? – ехидным голосом спросила Танька.
– Нормально.
– Капельницу поставила?
– Поставила.
– Он по-прежнему на твои ноги косится?
– Какие ноги, у него яйцо ломит! Он анальгин глотает. Петрович, а ты зря так набрался, – обратилась я к нашему дежурному врачу.
– Почему? – обиделся Петрович. – В отделении тихо. Тяжелых нет. Разве только что привезут кого…
– А ты забыл про утреннего пациента?
– Это какого же? – удивился Петрович.
– Какого-какого – что в нашем “люксе” лежит!
– Этот хмырь, что ли? – засмеялся Петрович. – Я смотрю, Машенька, ты на него глаз положила!
– Ладно, перестань, он тебя зовет. Говорит, яйцо ломит, терпеть не может.
– Трахаться меньше надо.
– Да не трахался он – в холодной воде искупался.
– Знаем мы, как они в реках купаются!
– Ладно, Петрович, мое дело сказать, а ты с ним уж сам разбирайся.
Петрович нехотя встал и пошел в отделение. Светка включила музыку и, задрав полы халатика, принялась танцевать.
Примерно через полчаса вернулся Петрович. В руках он держал небольшую бутылочку дорогого коньяка и нарядную коробку конфет.
– А это что? – поинтересовалась Танька.
– А это, девочки, коньяк, который стоит столько же, сколько я получаю в месяц.
– И кто тебя так подогрел?
– Бандит, который лежит в палате “люкс”. Девчонки схватили бутылку и стали ее рассматривать, словно это была антикварная вещь.
– Это что, взятка?
– Может, и взятка, – засмеялся Петрович. – Я ему сделал обезболивающий укол и проболтался, что у нас небольшой сабантуй. Он достал коньяк с конфетами и сказал, чтобы я поздравил именинницу от его имени.
– Вот это я понимаю, настоящий мужик! – восторженно произнесла Танька. – При деньгах и, самое главное, не жадный!
Петрович откупорил бутылку и разлил коньяк по рюмкам.
– Ну что, девчата, попробуем напиток богов? Я такой и не пил никогда. Почаще бы к нам бандитов клали – мы бы не только коньяк за полторы тысячи пили, но и осетриной с черной икрой закусывали.
Я выпила рюмку и одобряюще качнула головой.
– Вкусно.
– Вкусно, – согласились остальные и за несколько минут опустошили бутылку.
Глава 2"
"Чуть не заснув за столом, я пришла к выводу, что пора закругляться, и отправилась в свое отделение.
