Призрачная солнечная доска рябила через пыльный холмик. Мартовская безоблачность казалась почти обжигающей, солнце как будто не устанет светить в эти теплые дни. Воробушки заискрили лужицу, отражающуюся в ней светло-голубым зеркалом. Казалось, что самое невеселое начало дня с каждым мигом приобретает необыкновенно весёлую атмосферу....
Такая, знаешь ли, тонкая, одухотворенная натура, очень тянулась к культуре и меня к ней приобщала.
– Могу сказать, что не очень-то она в этом преуспела, – заметила Лола.
– Смейся, смейся, – обиделся Маркиз, – а между прочим, девушка моя очень увлекалась французским кинематографом. И все фильмы Кокто, Годара и Трюффо мы с ней посмотрели. Конечно, те, которые шли в «Кинематографе».
– Ленечка, ты знаешь имена известных французских режиссеров? – ахнула Лола. – С ума сойти!
– Не только имена, но и фильмы, – уточнил Маркиз, – я был так сильно в нее влюблен, что готов был ходить с ней на что угодно! Хоть на концерты сводного хора профсоюза медицинских работников! А уж Ива Монтана она просто обожала! Так вот я тебе скажу, что тот фильм назывался вовсе не «Жить любовью», а «Жить, чтобы жить» и никто там через роковую любовь не пострадал.
– Точно, теперь я вспомнила, он бросил свою жену Анни Жирардо, так она не растерялась, а немедленно начала новую жизнь с другим, так он потом к ней вернулся! Так что никакой там несчастной любви нет!
– Вот-вот.
– Может, хватит уже воспоминаний про твоих бесчисленных девиц? – разозлилась Лола.
– Вот именно. Значит, ты все сделала именно так, как от тебя ждали, явилась в квартиру, увидела там труп, но смыться не успела, поскольку явились бандиты. Милицию же кто-то заблаговременно вызвал по телефону, но они, как всегда, замешкались, вот бандиты и проскочили. Думаю, что у них к тому убитому типу тоже были какие-то свои претензии.
– Эти двое что-то искали, а третий заметил, что подъехала милиция, и предупредил их. Я успела спрятаться на лоджии.
– Менты поленились сразу осмотреть всю квартиру, так что тебе повезло. Но я вот что хотел спросить – откуда твоя криминальная приятельница могла вычислить твои координаты? Кому ты давала свой адрес? Ведь она должна была все задумать заранее, выследить тебя, знать, что ты часто ходишь днем на прогулку с собачкой, заметить у тебя новую белую шубку… Кому ты давала наш адрес, несмотря на то что я просил тебя этого не делать?
– Никому! – Лола смотрела абсолютно честными глазами.
– Восемь месяцев, – с металлом в голосе произнес Леня. – Лолка, колись по-хорошему.
– Ну-у, – протянула Лола, отводя глаза, – ну-у, кажется, один раз я дала наш телефон.
– Кому же?
– Надьке Ратниковой.
