В тамбур. Купе — последнее купе поезда, люди постоянно проходили мимо, дверь скрипела нестройно. Надежда здесь всегда просыпалась сама, проблема с будильником и силой воли решалась ежедневно. Теперь же она переживет самый трудный рейс, когда шум из косметички разбудит весь поезд — атмосфера напряженности и ожидания накаляется как никогда прежде....
Допустим, паспорт у нее есть, но в свете последних новостей о ее якобы смерти… Вызывать полицию никто не станет – она ничего не сделала. Но как объяснить, откуда у нее столько наличных? Приехала из деревни покупать вещи? А почему прописка городская?..
Вера вспомнила странный интерес к ней дворника. Зачем он усиленно тащил ее в свою каморку? Не изнасиловать же, в самом деле, хотел, смешно, ей-богу! Нужна она ему в таком виде…
Все эти мысли промелькнули в голове за одну секунду. Вера сделала заискивающее выражение лица и затараторила деревенским визгливым голосом:
– А я, милый, в магазин, за одеждой.
– Три тыщи? – хохотнул охранник.
Он противно захохотал.
«Анекдот-то с бородой, – подумала Вера, – впрочем, чего от него ждать? Стоит на входе в магазин, больше ничего не умеет. В одном он прав – мне здесь делать нечего».
– Раз вы простых людей не обслуживаете, то скажи, милок, куда мне пойти?
– А вон видишь ларьки у метро? А чуть подальше вещевой рынок.
Охранник смотрел сочувственно и говорил как человек, видно не совсем еще совесть потерял.
– Дай тебе бог здоровья, – сказала Вера и побрела к ларькам.
Ей стоило больших трудов напустить на лицо восхищенное выражение при виде того, что там продавалось.
"– Девочки, мне бы чего поскромнее. – Вера не выходила из роли деревенский тетки, хотя «девочки» все как одна годились по возрасту ей в матери.
