Я и не спрашивал, думал, потом все узнаю, переживал, что ее какой-то мудак обидел, строил планы, как закопаю его."
"Так и закрутилось все, понеслось на бешеной скорости, без тормозов. Она была безумная, а я ненасытный. Она смеялась и говорила, что мы та еще пара. Матери моей она как-то сразу понравилась, они прямо сдружились. Мать ее дочкой называла, а я рад был безумно, что семья ее так хорошо принимает. И с братом она моим ладила. А отец сказал, что если я ее люблю, то он просто обязан ее принять как дочь. Кристина все праздники, дни рождения и прочее, у нас проводила.
Стала частью нашей семьи. И я, как дурак, радовался этому. Так прошел еще год. Я тогда в полиции уже служил, но был простым сержантом. Карьерой, повышениями грезил. А потом решил, что вместе нам жить пора, хватит встречаться, не мог и часа без нее прожить, скучал безумно. Только расстанемся, а меня тоска раздирала по ней. Я конечно предложение ей хотел сделать, чтобы все как полагается, а она сказала, что бумажки для нее ничего не значат, нам и так хорошо вместе.
Но жить мы вместе стали. Квартиру маленькую сняли. Мне, конечно, общага была положена. Но как я мог ее в общежитие привести? Мне тогда отец помощь предлагал, хотел мне жилье купить, знал, что я мало зарабатываю, что трудно еще и аренду тянуть. Но я гордый был, сам хотел всего добиться. А они и так на квартиру для Стаса потратились, — Дан все говорит и говорит, а я губы закусываю. Дышать трудно становится, ревность безумная душит. Я знаю, что они уже не вместе. И что Кристина замужем за братом его, но ничего с собой поделать не могу.
Хочется попросить его остановиться, не рассказывать больше, но я, как мазохистка, продолжаю его слушать. Да и голос его без эмоций говорит о том, что для него это больше ничего не значит.
— Так прожили вместе еще пару лет. Но бытовуха, нехватка денег — от этого никуда не денешься. Кристина тоже работала у Стаса в клинике в бухгалтерии, он тогда уже пластическим хирургом стал. Хорошие деньги зарабатывал, не хотел быть простым хирургом.
И я его понимал, хоть и говорят, не в деньгах счастье, но и без них как-то тоже особо не нарадуешься. На шкуре своей ментовской чувствовал. Образование получил, а повышений мне тогда не светило, грамотами да благодарностями кормили и путевками в санатории. Кристининых денег я не принимал, сам жилы рвал, но за квартиру и прочие расходы платил, не должна женщина это все оплачивать, не мужиком бы я тогда был. Говорил ей, чтобы свою зарплату на себя тратила.
