Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
Дали возможность начать новую жизнь и подарили долгожданную свободу от постоянной слежки. Не спорю, были и те, кто брызгал ядом, настаивая, что двуликие опасны, но слова Энекина и Алерона имели больший вес, нежели каких-то там советников короля, в число которых входил отец Камалии, бывшей невесты моего супруга. Кстати Камалию выдали замуж за богатого мужчину. Все, как она и хотела. Ну а то, что этому мужчине было чуть больше шестидесяти лет, так это ничего страшного, ведь для нее важны только деньги…
Постепенно наша жизнь налаживалась.
Когда родилась наша с Алероном малютка, маленькая черная кошечка, то любимый словно сошел с ума, находясь сутками возле ее кроватки. Он приставил к ней охрану, причем именно двуликих, которые с улыбкой на лицах наблюдали за агукающей малышкой. Жалко, но ни одному из присутствующих здесь парней наша Алория не приходилась истинной, а это значит, что ее мужчина бродит где-то по свету, и я очень надеялась, что это ни один из тех кусков дерьма, которых мы изгнали с наших земель.
Разговор с Ширасом, тем самым белым котом и моей правой рукой, поведал мне о том, что оборотни живут больше людей. Ему на данный момент было восемьдесят три, но выглядел он в раза два с половиной моложе. Я боялась, что Алерон уйдет раньше меня с этого света, но двуликий успокоил, заверяя, что тот, кто связан с оборотнем, живет столько же, сколько и он сам. Ширас не стал объяснять откуда у него данная информация, лукаво улыбаясь, но исходящая уверенность от его слов, успокоила меня.
Отряд черных мундиров не стали расформировывать, так и оставляя их на служении у государства. Они патрулировали улицы, ведь неизвестно, что у других оборотней на уме. Я могла поручиться за свою стаю, но не за тех, кто пытался убить меня и дорогих моему сердцу мужчин.
Сивир с Меланией решили жить своей жизнью, поселяясь в небольшом домике, ближе к лесу. Я не стала им запрещать. Они хотели этого, мечтали об этом.
