Тонкие ки и ворсинки давят на кожу девушки в темном месте, где она оказалась не по своей воле. Сознание медленно приходит, словно разлапистая птичка в зловещей обстановке — холодные ледяные струйки, запах серой атмосферы и тревожное монотонное эхо. Мир вокруг сжимается, но дыхание девушки осторожно и ровно подчиняется течению ужаса, как будто она лишь погружается в глубокий сон....
Понять что-то сложно.
Нападение, похоже, пришло оттуда, откуда и не ждали. Видимо у Сварры нашлись союзники, которые не просто выжидали, что будет дальше, но решили действовать на опережение. И если мой отец, защищая свои земли, рискнул пока только мной, то неизвестные мне воины, несущиеся на лошадях во весь опор с дальнего холма, готовы отдать на растерзание целый клан.
Я испытываю смешанные чувства: страх, восторг и надежду, что сейчас все завершится без моего участия. Уж очень внушительным выглядит вал, который вот-вот сомнет вороний лагерь.
Сварра так и не рискует открыть собственные ворота, но со стен слетают и слетают на веревках новые защитники.
Не выдерживаю.
Оглядываюсь, и, найдя одинокое дерево, вокруг которого свалены вперемешку вещи, забираюсь на первые ветви, а потом выше, в пустую крону, как раз чтобы успеть увидеть, как три людских потока врезаются друг в друга с сокрушительной мощью, сначала выстроив стену из щитов, а затем рассыпаясь на отдельные разящие удары.
Топоры, мечи, копья, щиты, доспехи, луки и стрелы наилучшего качества — все идет в ход. Щиты перекрывают друг друга, не давая приблизиться, отражая первый удар противника, а затем перестраиваются, чтобы было место для взмаха меча и секиры, превращая упорядоченный бой в безумную схватку, в которой можно разглядеть только отдельные детали.
Щиты у воинов отличаются. Все круглые, диаметром около фата (в данной книге — около ярда, 91 см, прим. автора), из склеенных крест-накрест дощечек липы с металлическим умбоном посередине и прикрепленной к нему рукояткой с обратной стороны.
Красный, синий, зеленый — цвет долин.
Черные полукружья у воинов Ворона.
И… полностью черный круг у одного из них.
Я сглатываю.
Этот воин не самый крупный, но его фигура тонет в облаке тьмы и власти. И у меня и сомнения не возникает, кто он такой.
Ворон. С черным щитом, на черном коне и в шлеме с полумаской, которая защищает лоб, глаза и нос.
Я смотрела на короля.
Он мастерски владел оружием. Спрыгнул с лошади, как увидел, что все переросло в рукопашную схватку — послушный конь, будто ведомый невидимой рукой умчался прочь — и ринулся в самую гущу.
