Когда я осознала это, стала проводить больше времени в библиотеке Мэлвиса, пытаясь найти книги о магии драконов и магии людей… А ещё корила себя за то, что часто прогуливала уроки в школе-интернате. Возможно, на них я услышала бы много чего интересного, что сейчас мне помогло бы. Ведь в интернате готовили девушек для семейств драконов и герцог Оринис не зря засунул меня именно туда.
С каждым новым днем мы с Рафом становились ближе. Я понимала своего сдержанного друга, чувствовала его одиночество, и старалась, чтобы ему было хорошо рядом со мной…
Не потому что хотела услышать предложение руки и сердца. Потому что с каждой новой встречей все больше узнавала в холодном незнакомце своего милого Рафаэля
Иногда думала: «Что же ты делаешь, Нина? Нужно бороться за свое счастью, выгрызать его зубами». Но я смотрела на невозмутимое лицо Мэлвиса, понимала, что его все устраивает, что он не намерен ничего делать, чтобы хоть как-то изменить ситуацию, и осознавала, что я не нужна Мэлвису так, как нужен он мне. И понимала, что в одиночку я не справлюсь, ведь в мире драконов я была чуть сильнее и разумнее слепого котенка.
Возможно, он желал меня. Наверняка желал. Тот поцелуй и то сумасшествие в экипаже подтверждали это… Но желание не повод бороться со всем миром ради…
Чего собственно? Или кого?
Желторотой девчонки? Из подслойнка? Ведь он видел, какой я была, и, наверное, помнил тоже. Ещё вдруг осознала, что навязчивое внимание с моей стороны дракон не оценит и не одобрит. Да и самой подобное поведение стало претить… Особенно в те моменты, когда наблюдала за взаимоотношениями людей и драконов. И с каждым новым днем я все больше менялась — становилась сдержаннее, высокомернее, холоднее, по отношению ко всем, и к людям, и к драконам. На последних смотрела точно также, как они смотрели на моих братьев и сестер, — равнодушно и с пренебрежением.
И только с Рафаэлем я оставплась почти сама собой. А Раф неожиданно стал рядом со мной улыбаться. И вскоре не только одними сухими губами. Глазами тоже. А пару раз я его рассмешила. Его высочество смеялся от души, а я смотрела на него и любовалась, я узнавала того мальчишку из детства, моего загадочного, смелого, искреннего Рафа.
В один из таких моментов я с таким искренним восхищением смотрела на него, что принц осекся и уставился на меня с удивлением. А ещё с подозрением. Словно что-то кольнуло его…
Я опустила взгляд, он тоже ничего не спросил. Но после того случая что-то неуловимо изменилось в наших отношениях, Рафаэль стал внимательнее, трепетнее и добрее ко мне относиться.