Автор
В глубинах столичного Минздрава, где бюджеты тщательно распределяются и мелкие чиновники охотно помогают, действие разворачивается в жутковатой атмосфере. Глаза главной героини начинают мутнеть так сильно, что кажется, вот-вот взорвется ее терпение. Этот необычный опыт станет ключом к пониманию системы власти и человеческих отношений в больших городах....
Переключаться с режима холодного берсерка на отца семейства получается далеко не всегда.
Но я почему-то был уверен, что все контролирую.
Оказалось — нихрена.
Ванька, который с каждым годом все больше моя копия и по внешности, и по характеру, все же, сильно отличается от меня.
И есть у него свои интересы, которые я не понимаю, о которых и не догадываюсь даже. Это странно… Я же себя помню в возрасте Ваньки!
Мне кажется, что это будто вчера было, а ведь, если подумать, то кучу лет назад.
И почему я думал, что понимаю своего сына-подростка? Чувствую его?
Насквозь его вижу?
А сын мой, между тем, втрескался без памяти в девку, совершенно ему не подходящую.
В пятнадцать лет. Куда ее предки смотрят? Аленка… Черт, да я даже думать не хочу, что моей дочери меньше десяти лет осталось до возраста этой девки! Но Аленка так себя не будет вести в пятнадцать, нет.
А эта… Все серьезно, у них, щенят… В пятнадцать!
Это мне Ванька сам сказал, что там, типа, серьезно все.
Нехотя сказал, отворачивая морду лица и каменея скулами.
А я…
Я только взгляд Ани перехватил, сожалеющий. Это на Ваньку. И опасливо-предупреждающий. Это в мой адрес.
Типа, не сейчас. Не лезь.
Это меня взбесило, потому что не люблю я ждать, не привык. Все надо решать на месте! Сразу! А не тянуть резину. Но Аня едва заметно помотала головой, не разрешая.
И я… Черт, я подчинился.
Раньше бы ни за что. Все бы сделал по-своему. И до сих пор считаю, что мог Ваньку продавить на разговор и признание.
И ловлю себя на этой уверенности. И этом холодном “продавить”. Эй, Хазар, ты кого продавливать собрался? Сына своего единственного? А не охренел ли ты, Хазар? Не заигрался ли?
И что бы ты сделал тому, кто захотел бы “продавить” твоего сына, а, Хазар? На какую глубину ты бы закопал эту тварь?
Сжимаю в кулаке сигарету, ловя даже облегчение от боли в ладони.
Прижигает кожу. Значит, не такая уж и дубленая.
Сложно.
Очень сложно.
Хорошо, что есть, кого можно продавить без мук совести и не особо аккуратничая. — Миша, зайди ко мне, — коротко командую в телефон.
Через пять минут слышу слоновий топот в коридоре.
Мои близкие подчиненные живут в этом же доме, на других этажах. Конечно, кроме жилья тут, у них есть и другие хаты, но они должны находится в пределах досягаемости, если я работаю дома.
