Врачебный кризис достиг пика: пациентка на мгновение просыпалась, вызвав надежду среди медицинского штаба. Однако новый чиновник в бассейне жизни и смерти поднялся из ряда вон, став центром скандала. Сюэ Кирэн снова жива — или это очередной обман?
Впрочем, с самим утверждением она была явно согласна.
— Знаете что? — вдруг рассердился Вейшенг и, залпом допив кофе, резко встал из-за стола. — Поболтайте-ка сами между собой, расскажите друг другу, как я хорош, на каких животных похож и прочее. А я пойду пообщаюсь с более адекватными существами. Как минимум пока не принесут обещанный десерт!
И резво упорхнул куда-то за стеклянную дверь. Почти сразу там замяукали хором на разные голоса.
Глава 36
— Пошел поздороваться с друзьями, — по-доброму улыбнулась Мяо.
— Его и здесь не дразнят, — хмыкнула я. — Он сам себя дразнит, лебедь чернокрылый. Но вернемся к нашим баранам, в смысле к наполеонам. Кофе у тебя, кстати, потрясающий. Какой сорт?
Удивительно, насколько Мяо, перестав смущаться и краснеть каждые полторы минуты, оказалась свойской девчонкой. Кофе с молоком, но без кофеина мы повторили. Наполеон, три песочные корзиночки с фисташковым кремом, «Павлова» и что-то похожее на помесь брауни с «Черным лесом» отлично зашли под душевный разговор.
А Вейшенг все это время пропадал где-то в кошках. Я поглядывала в ту сторону, но радостных пушистостей за стекляной перегородкой оказалось столько, что лебедь скрылся под ними почти полностью. То есть буквально: лег на специальную подстилку, и кошки облепили его со всех сторон, будто в детстве парня уронили в чан с кошачьей мятой.
— Посетителей пока нет, пушистикам скучно. Мы с Веем специально выбирали самых контактных и дружелюбных. Представляешь, некоторых сдавали в приют именно потому, что они слишком навязчивые и ласковые.
— Люди странные, — согласно вздохнула я. — Надеюсь, мой лебедь меня за это будет любить, а не в приюты сдавать.
— А ты… Он тебе правда нравится? — неловко спросила Мяо. — Хотя о чем я, Вей не может не нравится. Сейчас, конечно, он стал немного ворчливым, но все равно.
— Правда нравится. Очень. Даже в ворчливой версии. Я ему тоже нравлюсь. Просто кто-то не хочет признаваться даже самому себе именно в силу ворчливости и вредности.
— А… — Девочка странно на меня посмотрела, но не стала возражать. — Извини, но я слышала, что у вас договор между семьями и…
— Если бы Вейшенг не хотел меня видеть, его бы даже упавшая с неба гора не подвинула. Тебе ли не знать, — улыбнулась я, отправляя в рот очередную ложечку десерта."
"— Ну… тоже верно. — Мяо словно бы выдохнула с облегчением. Кажется, она очень переживала, что ее гэ-гэ женят против воли на какой-нибудь противной мымре.
