Врачебный кризис достиг пика: пациентка на мгновение просыпалась, вызвав надежду среди медицинского штаба. Однако новый чиновник в бассейне жизни и смерти поднялся из ряда вон, став центром скандала. Сюэ Кирэн снова жива — или это очередной обман?
И тоже красавчик! Кс-кс-кс, иди ко мне, я тебя поглажу!
— «Красавчик»? — раздался удивленно-скептический шепот у меня за спиной. Причем, кажется, шептали хором.
Глава 18
— Это порода «ликой»? — удивилась я, смотря на странного кота, у которого из шерсти был только воротник, роскошные бакенбарды и валенки. Остальное же тело покрывали редкие седые волоски.
— Хм… это порода «мама сфинкс, папа подлец», — заявил старший У, выходя из-за декоративного кустарника. — Вам правда нравится?
— Вылитый Пушкин! — улыбнулась я, наклоняясь и почесывая чуть курчавые бакенбарды котика, бесстрашно подобравшегося к самым ногам.
— Кто?
— Александр Сергеевич Пушкин. Великий русский поэт. Если хотите, я потом покажу вам портрет, убедитесь, что сходство просто поразительное!
— Кхм-кхм, Кирэн, — притворно закашлялась бабушка. Оказывается, они с местным главой притормозили и вернулись. Эх, лучше бы шли себе спокойненько дальше в дом. — Конечно, мы знаем о твоей любви к… разным зверятам, но будь добра, держи себя в руках.
— Это чудовище зовут Бай Бай Ка, если вам интересно. Но все называют его просто Бай Бай.
О! А вот и циркуль, который лебедь! Черт, почему у меня сердце екает, даже когда я просто слышу его голос?
— Бабайка? — Я обернулась к вышедшему на дорожку Вейшенгу. Интересно, местные сами его так назвали или кто-то посоветовал? А может, у семьи У есть русская родня? — Правда? Какая прелесть!
— Пойдемте, госпожа Сюэ, — сказал вдруг старший У, галантно беря бабушку под руку.
"И они ушли в дом, оставив в саду нас с Мейрен, старшего и младшего братьев У и еще какую-то очень милую, смутно знакомую девушку.
Она так смотрела на господина с выдвижной челюстью, что я с ходу догадалась: жена. Причем любящая, а не как тут принято — по договору. И умная. Потому что технично зацепила старшего из братьев под руку и мягко, но непреклонно повела его туда же, куда ушли главы.
Линьяо, между прочим, попытался упираться, косился на нас с Мейрен подозрительно, явно хотел оградить братца от всех на свете. Парня можно понять: если бы кто-то подстрелил мою мелкую, я бы ее тоже под конвоем водила. А еще лучше — на поводке.
Вейшенг тоже не горел желанием развлекаться в нашей компании.
