Автор
Лондон в июле 1818 года: шумные улицы, густые клубы и дымок над морем создают атмосферу загадочности и опасности. Генерал Марк Гримальди, герцог Трэйнсфорд, готов рискнуть всем на вытянутую руку ради повышения в звании, которое может укрепить его позиции в политической интриге страны....
Герцог кивнул и попытался сесть поудобнее. Николь помогла ему, поправив подушки у него за спиной.
– Ты хочешь, чтобы их собрал я? – спросил герцог. – Здесь? – Он снова зашелся в кашле.
– Нет, – ответил Марк, когда кашель стих. – Нам придется опрашивать их в течение некоторого времени. На подготовку уйдет два-три дня, возможно – немного больше. Но чем раньше мы начнем, тем лучше. Вы должны пригласить их в ваш загородный дом на поминки.
– Договорились, – тут же ответил герцог. – Однако… А что, если кто-то откажется?
– Я подумаю об этом позже, – пробормотал Марк.
– Превосходно… – выдохнул герцог.
Николь подняла глаза на мужа и тихо спросила:
– Ты уверен, что это правильное решение? Учитывая состояние его светлости…
– Со мной все будет в порядке, – перебил старик и опять закашлялся.
Марк несколько секунд смотрел на дядю с печалью в глазах.
– Это будет непросто, – сказал он. – Но если вы сумеете добраться до Суррея и собрать там всех гостей Джона… Тогда, полагаю, мы добьемся успеха в расследовании.
– А почему бы не пригласить всех сюда, в этот дом? – спросила Николь. – В таком случае его светлости не придется подвергать себя риску тяжелого путешествия.
– Если мы пригласим гостей сюда, они смогут уехать в любой момент, когда пожелают. А в загородном доме они будут вынуждены остаться и отвечать на вопросы в течение как минимум нескольких дней. Кроме того, все полагают, что Джон упокоится там же, в Колчестер-Мэнор.
– Да-да, я согласен! – воскликнул герцог, немного оживившись. – Я сделаю все, что необходимо. Только скажите, когда надо их пригласить. И кого…"
"– Трех джентльменов и четырех дам. То есть всех, кто присутствовал на последнем ужине Джона. И еще – нескольких слуг, если я не сумею вычеркнуть их из списка подозреваемых. – Марк перечислил имена.
Герцог позвонил в колокольчик, вызывая лакея. Когда тот явился, он приказал ему немедленно послать за своим секретарем.
– Мы разошлем приглашения сегодня же, – оживленно заявил герцог. Вероятно, желание отомстить за сына придавало ему сил.
Николь погладила больного по руке, а Марк, снова заложив руки за спину, поклонился и проговорил:
– А теперь мы вас оставим, ваша светлость.
Супруги вышли из дома герцога и сели в экипаж в полном молчании.
