Автор
Вместе мы стояли на узкой трассе, уверенно смеясь над моим выбором дороги. Мой жесткий мотоцикл выглядел непривлекательно рядом с его шикарной машиной. Но сегодня мне нужно было произвести правильное впечатление – будущее удавалось, и я уже собирался сесть за руль своей новой рабочей партнёрки....
– Куда торопитесь, Екатерина Алексеевна? – гаишник, представившись сержантом Губаревым, заглядывая в салон, крутил в руках мое водительское.
– В Кащенко еду, – правдиво ответила и была поразительно спокойна. Психушка, да, а что такого? – С мужем развелась сегодня и думаю, мне подлечиться нужно.
Офицер почему-то смутился и глаза отвел. Как будто я сбежала из больницы, а не только туда собираюсь. Говорят же, что Человек на половину нормален, если признает, что ему помощь нужна.
– Что, сильно плохой муж был? – спросил, на дорогую машину покосившись.
– Нет, хороший.
– А почему развелись?
– Не любит меня больше, – пожала плечами. Ведь если бы любил, не увлекся той, другой. Не спал бы с ней последние три месяца. А может, не только с ней. Я Вадима хорошо знала: он не умел лгать мне, но когда начинал избегать прямых ответов, значит, они мне не понравятся.
– Вас это… может, сопроводить до больнички?
– Вы не будете наказывать меня? – удивилась я. Обычно я с дочкой ездила, поэтому старалась быть осторожной.
– С вас достаточно на сегодня. Так что?
– Да нет, не нужно, – после некоторого раздумья ответила. – Сама доеду, думаю.
– Счастливого пути, Екатерина Алексеевна, – офицер отдал мне права. – Не нарушайте больше.
– Так точно, – ответила и очень плавно в поток влилась. Обещания я выполнила: не больше шестидесяти километров, даже по МКАД. Меня обсигналили всю, но до места я добралась целой и невредимой.
– О жизнь ты прекрасна. О жизнь ты прекрасна вполнееее. Бываешь немного опасной, о-е, – я тихо напевала, подходя к пропускному пункту. – Здравствуйте, а можно пройти?
Охранник оторвал глаза от телефона и на меня посмотрел без интереса.
– Направление есть?
– Нет, но мне очень надо.
Он смачно отхлебнул из смешной кружки с осликом Иа и спросил:
– Прямо очень?
– С ума сойти как.
Мужчина понятливо кивнул и по рации вызвал кого-то.
– Палыч, тут это… – и снова на меня глянул. – Пациент, походу.
Через десять минут я сидела в кабинете у заведующего психиатрическим отделением: передо мной поставили металлическую кружку с чаем, приятно теплым, но пар не шел (видимо, нельзя пациентам кипяток доверять), блюдце с лимоном и юбилейное печенье.
– Что у вас случилось, Екатерина Алексеевна? – очень спокойно спросил Даниил Маркович. Мужчина ближе к семидесяти с чутким взглядом и мягкой жестикуляцией.
