Эрих больше не прикасается ко мне после последнего эскалаторного поступка. Месяц прошел без ни одной дружеской беседы, но каждую ночь вспоминаю, как мы чувствовали друг за друга в постели. Эта холодная атмосфера остывает, но воспоминания о тепле и сладости остаются.
– А это будет наш тайный трах, – смеется он.
Соскальзываю с него, хватаю со стола плетку и иду на второй этаж. Сначала топаю в ванну, вновь споласкиваюсь, застирываю трусики, вешаю их на змеевик и только тогда возвращаюсь в нашу спальню. Эрих спит. Его грудь всё также мерно поднимается и опускается. Надеюсь, он не заметил моего отсутствия. Кладу плетку в коробку и ложусь рядом с ним, накрываю нас обоих одеялом и обнимаю его.
– Цыпленочек… – как-то жалобно сквозь сон шепчет Эрих.
– Я тут, – говорю я и целую его в щечку.
Он причмокивает и засыпает снова. Интересно, почему Эрих до сих пор не нащупал ту мою точку, может быть от того, что у Виктора друг подлиннее? Вздыхаю. Приподнимаюсь и отцепляю от Эриха наручники, но он во сне ещё не понял, лежит, как и лежал, с поднятыми руками. Прижимаюсь к нему. Закрываю глаза, но в памяти передо мной раз за разом встает голый Виктор.
Глава 6
Эрих будит меня спозаранку. Зеваю, ничего не понимаю, темно же. Оказывается, за окном хлещет дождь.
"– Зачем вставать? там же дождь! Я бы ещё повалялся, – недовольно бурчу я и отворачиваюсь от него. – Не надо было вас расстегивать, сейчас бы спал как нормальный человек.
– Ну, ты мне вчера и устроил, – вспыхивает он, нависая надо мной.
Разворачивает меня, хватает за нос и больно прищемляет своими сильными пальцами. Пытаюсь вырваться, кричу, но он держит крепко, пару раз водит и, наконец, отпускает.
– Но вам же понравилось, – возражаю я, потирая нос.
– Нууу… цыпленочек, это было слишком, – отвечает он, стаскивает с меня одеяло и похлопывает по моим голым бедрам.
– Фигасе, а как меня вы имели, так это нормально было? – возмущаюсь я.
– Ты этого заслуживал, – усмехается он.
Наклоняется и начинает меня щекотать.
– Ай! – кричу я и изгибаюсь, хватаю его за руки.
Он отпускает.
– Сегодня повторим? – смеюсь я.
Поднимаю ногу и пальчиками рисую прямую линию от его живота до шеи, касаюсь его подбородка.
– Нет, – говорит, – я больше не разрешу тебя меня связывать и трахать.
– Ну, Эрих… – начинаю стонать я, – Рудольфович…
– Нееет, – твердо говорит он и легонько шлепает меня по попке. – Вставай, давай, пора завтракать.
После утренних процедур спускаемся вниз.
