В новом доме Ариша чувствует себя чужим ребенком среди новых знакомых. Но вместе с тем она находит в себе силы пойти к школе и встретить старого друга Александра — своего худшего из всех. По пути они несутся мимо новогодних ледяных скульптур, переживая неловкие моменты взросления. Ариша обнаруживает в себе способности быть верным другом и учится принимать новые вызовы жизни....
Вытягиваю руку, чтобы выключить эту громкую трель, но тут же замираю, потому что кое-что в Азаринских штанах многозначительно упирается мне в бедро. О мужской физиологии я знаю если не все, так многое. Врачом же быть планирую.
Но вот сталкиваться с этим в реальной жизни мне еще не приходилось.
Делаю глубокий вдох и все-таки добираюсь пальцами до телефона. Щелкаю «отменить».
Рука Тима подминает меня под себя, будто я какая-то подушка. Звук будильника его не то что не разбудил, он его даже не потревожил. Азарин как спал, так и спит.
Прячу зевок в ладошку и не без труда переворачиваюсь на другой бок.
– Мы опоздаем в школу, слышишь?
– Пять минут.
Тим даже глаза не открывает. Бормочет сквозь сон.
– Тим! – толкаю его в плечо. Но реакции ноль. – Просыпайся, блин.
– Ко второму поедем.
– Нет. Просыпайся, или я уеду одна.
Азарин медленно разлепляет веки. Взгляд еще сонный, рассеянный. Он вроде и на меня смотрит, а вроде и сквозь.
– Ультиматум с самого утра – это так в твоем стиле, – зевает и переворачивается на спину.
– Я тогда пойду умоюсь, – вылезаю из кровати и топаю в ванную.
Пока чищу зубы, ловлю себя на мысли, что все мое стеснение схлынуло. Я спокойно расхаживаю перед ним в этой длинной футболке, отчетливо понимаю, что он пялится на мои ноги, как только оказываюсь в комнате.
– Я в душ и вызову такси.
Тим уходит буквально минут на десять, а возвращается в одном полотенце, которым обмотал бедра. Причем очень низко.
Краснею и отвожу взгляд. Правда, ненадолго. То и дело поглядываю на него, пока он вызывает такси. Бросает телефон на кровать, стирая капельку воды, стекающую по твердой груди.
Взгляд устремляется ниже. К животу. У него нет стальных кубиков пресса, просто красивый рельеф. Закусываю губу, зависая на этой картинке.
– Все нормально? – интересуется не без улыбки.
– В полном. Оденься, продует. – Цокаю языком и закрываюсь в гардеробной, где быстро напяливаю платье и колготки.
Через пятнадцать минут мы выходим на улицу, держась за руки.
На мне вчерашнее платье, колготки со стрелкой и куртка Азарина. Черная, огромная куртка. Волосы заплетены в косу.
У ворот школы напряжение снова достигает пика. Чувствую себя какой-то развратной девчонкой, которая вернулась домой под утро в рваных колготках. Кошмар какой.
Мы проскальзываем на территорию школы и быстрым шагом идем в жилой корпус.
