Автор
Ну вот ещё новости! Взбившись от неудачи, я приваливаюсь к стене чемоданом, забыв все на миг. И тут понимаю, почему Машка исчезла – в ванной шумит вода. Зловеще ухмыляясь, сваливаю багаж у порога и чувствую, что это только начало чего-то странного и опасного.
Нет, ну не то, чтобы орёт, так-то пытается говорить потише, аж хрипит придушенно, но от этого мне только ещё страшнее становится.
– В общем так, Крылова. Я когда в одиннадцатый класс без должного оформления тебя брала, я пошла тебе навстречу. Тебе бумажка за десятый класс для этого твоего лагеря нужна была, и я тебе её авансом выписала с одним лишь условием: что это нигде не всплывёт, и что ты в первом же полугодии этого года закроешь аттестацию за десятый класс, так?
Киваю, с ужасом понимая, что директриса сейчас в таком гневе, что вполне может просто отправить меня обратно в родной десятый – и это в лучшем случае.
– Но ведь аттестация до конца декабря закрывается, – лепечу я.
– Нет, вы посмотрите, готова она! – всплескивает руками директриса. – А как быть с тем, что ни одна живая душа узнать не должна была? Но теперь, мне, видите ли, пересказывают сплетни, что у Крыловой, якобы, крыша в комобре есть! Это как прикажешь понимать, а? Под монастырь меня подвести хотите? Да мне, если хочешь знать, безопаснее всего распрощаться с тобой прямо сейчас! Хочешь, в колледж иди, хочешь в другую школу поступай, хочешь на экстернат оформляйся, но, тоже, в другую школу! А мне ваши семейные странности вот уже где! – режет ладонью по шее.
– Анна Сергеевна, я не понимаю… – Опускаю глаза, голос перехватывает от морального прессинга и банального страха."
"Если меня сейчас выпрут – это будет позор. И вообще любой расклад, кроме заранее обговорённого – позор. На потеху всяким там Каримовым, Грушко и прочим злопыхателям.
– А вот я, Крылова, кажется, всё поняла! – сбавив тон, осуждающе качает головой директриса.
