Автор
Ника впервые влюбляется в летнем лагере — тайно и страстно. Её возлюбленный дарит ей настоящую любовь и взрослые поцелуи, но их связь скрывает опасную тайну. Когда правда угрожает выплыть наружу, героиня должна выбрать между чувствами и благополучием семьи.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мой любимый – муж сестры»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Ника впервые влюбляется в летнем лагере — тайно и страстно. Её возлюбленный дарит ей настоящую любовь и взрослые поцелуи, но их связь скрывает опасную тайну. Когда правда угрожает выплыть наружу, героиня должна выбрать между чувствами и благополучием семьи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ника впервые влюбляется в летнем лагере — тайно и страстно. Её возлюбленный дарит ей настоящую любовь и взрослые поцелуи, но их связь скрывает опасную тайну. Когда правда угрожает выплыть наружу, героиня должна выбрать между чувствами и благополучием семьи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Да с чего ты взял? Где доказательства?
Тарасов окидывает меня очередным хмурым взглядом и пожимает плечом:
– На доверии.
– Нормально… – возмущается кто-то из девчат, а Янка поджимает губы:
– Доверии? А ты, Антош, не попутал, случайно? Не боишься, что Смирнова о твоём «доверии» узнает? Из того же самого видоса, между прочим! Там и с тобой много интересного!"
"– Слышь, Абрамова, – угрожающе, подаётся он вперёд, – а может, это ты попутала? Или не…
– Так это чего тут за сборище? – перебивает его окрик уборщицы. – По карманам лазите? Какой класс? Ну-ка быстро к директору!
Мы бросаемся врассыпную, как тараканы – через все доступные щели. И как-то так получается, что к боковому выходу я добираюсь одновременно с Тарасовым. Едва не треснувшись лбами, замираем оба, и Антон галантно ведёт рукой:
– Только после вас, мадам!
– Благодарю, монсеньёр! – прыскаю я… Но тут же осекаюсь. Вся эта дурашливость снова вдруг до жути отчётливо напомнила то, с чего начался вчерашний капец. Финал, которого я, кстати, до сих пор не помню. – Антон, слушай… а что у нас вчера было, а? Я вообще не помню!
Он замирает на половине шага, зачем-то ведёт пальцами по расцарапанной щеке.
– Прикалываешься?
Мотаю головой. Тарасов длинно фыркает:
– Пф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф… – словно в этом звуке сконцентрирована вся тщетность его бытия и наконец, раскинув руки, трагикомично лыбится: – Ничего особенного, просто, не считая поцарапанной рожи, ты заблевала мне салон. И вот я, как дурак, с раннего утра гоняю в поисках свободной мойки, не говоря уж о том, что на ночь пришлось оставить окно приоткрытым, и в салон намело снега.
Прибито опускаю голову, хочу провалиться. Стыдно, просто жуть!
– А… А как я тогда домой попала?
– А вот этого я не знаю. Когда ты начала орать, что я тебя насилую, я не нашёл ничего лучше, как выгрузить тебя на ближайшей остановке. Ты мне лучше скажи, ты что, вообще ни разу до этого не бухала?
– Нет.
– Пиз… В смысле – врёшь?
– Нет. Правда, ни разу.
Тарасов изумлённо хмыкает.
– Ну… ну молодец, чё. Уважаю, если честно. Видос точно не ты слила?
– Нет.
– Значит Фёдоров, шкура. Больше некому. Ладно, ты давай иди и не бойся этих куриц. Если снова наезжать будут, скажешь, успокою.
– Спасибо. Правда, спасибо, что поверил и… И вообще.
– Угу. Давай, покеда!
Он решительным шагом двигается прочь, а я смотрю ему вслед… и тут осеняет:
– Антон, а ты куда сейчас?
– К директору. Хочу глянуть на этот ваш видос. Надо же разобраться, кто крыса.
– Нет! – охаю я. – Не ходи!
Тарасов непонимающе замирает.
– В смысле? Она мне вообще-то обзвонилась уже с утра. Я думал, что-то случилось, а тут оказывается вон какие страсти! Да ты не ссы, Крылова, что она мне сделает-то, мне восемнадцать уже. Вне школы что хочу, то и творю!
– Не в этом дело.
