И тут же стало ясно, кто был этот сукин сын и что он наделал.
— Вы записаны у меня на пленку, — сказал Грег фигуре.
Тихий смех фигуры заставил сердце Грега заколотиться быстрее. Низкий и холодный — это был звук убийц, перед тем, как они собирались поработать ножом.
— Да так и есть. — Этот акцент. Попробуй блядь разбери. Не Французский… не Венгерский…
Не важно. В представлении Холли он был выше и мощнее, чем на самом деле.
— Я знаю, что ты сделал. Накануне.
— Я бы предложил присесть, но как вы уже успели заметить, у меня всего одно кресло
— Не буду ходить вокруг да около. — Грег сделал шаг вперед. — Я знаю, что произошло с ней. Она не хотела вас.
— Она хотела секса.
«Говнюк».
— Она спала.
— Спала ли? — Нос ботинка закачался взад-вперед. — Внешность, как и душа — могут быть обманчивы.
— Кто черт побери вы такой?
— Владелец этого прекрасного дома. Вот кто. Я тот, кто позволил вам играть с вашими камерами.
— Что ж, а сейчас можете послать прощальный поцелуй в это дерьмо. Я больше не рекламирую этот дом.
— О, я думаю, будете. Это в вашем стиле.
— Вы нихрена обо мне не знаете.
— Я думаю иначе. Вы… как вы выразились… нихрена не знаете о себе. И к слову, она произнесла ваше имя. Когда кончила.
Это до такой степени взбесило Грега, что он сделал еще один шаг вперед.
— На вашем месте я был бы поосторожнее, — предостерег голос. — Вы ведь не хотите пострадать. А я считаюсь сумасшедшим.
— Я звоню в полицию.
— У вас нет оснований. Обоюдное согласие и все прочее.
— Она спала!
Этот ботинок переместился и топнул по полу.
— Следи за своим тоном, мальчишка.
Не успел он вспыхнуть из-за оскорбления, как мужчина в кресле наклонился вперед… и Грег потерял дар речи.
Представшее на свету, не поддавалось объяснению. Ни на одном из гребаных уровней.
Это был портрет. Из холла на нижнем этаже. Только живой и дышащий. С разницей лишь в том, что волосы не были собраны; они ниспадали на плечи, в два раза шире плеч Грега обтянутые черно-красным материалом.
О, Боже… эти глаза цвета восходящего солнца мерцали и переливались цветами персика.
До ужаса гипнотизирующие.
И да, частично безумны.
— Предлагаю, — зазвучал протяжный тон с этим странным акцентом, — покинуть мансарду и спустился вниз к своей прекрасной даме…
— Вы потомок Рэтбоуна?
Мужчина улыбнулся. Что ж, ну… было что-то не так с его передними зубами.
— Это правда, у нас есть с ним сходство.
— Господи…
— А теперь вам пора идти и закончить ваш небольшой проект. — Больше никакой улыбки, что стало небольшим облегчением. — И я испытываю желание дать небольшой совет, вместо пинка под зад. Вам лучше стоит заботиться о своей женщине, чем ранее.