Дариус, сын Террора, сидел перед свечей из пчелиного воска, ощущая в воздухе тяжелый запах мужской пота и остывающих лошадей. Его дневник был открыт на коленках, свет от маленького пламени, колеблющегося на сквозняке, освещал пустую комнату в глубине заброшенной пещеры. Древняя одежда из грубой кожи, выстланных звериных шкуры, была единственным укрытием для борца в тёмном мире военных действий....
Они были, как и ее собственные; она видела их бесчисленное количество раз, смотрясь в зеркало.
— Кто ты? — грубо спросил он.
Внезапно она почувствовала что-то болезненное в своем онемевшем теле — и причиной тому была не физическая травма, а ощущение внутренней боли. То, что он не знал о ней и то, что их разделяла ложь — было трагедией, которую она едва ли могла вынести.
Ее голос окреп.
— Я… твоя кровь.
— Иисус Христос… — Он поднял руку, затянутую в черную перчатку. — Моя сестра…?
— Мне надо идти, — сказала доктор.
— Найди этого чертового хирурга, — прорычал Вишес, его взгляд все еще был прикован к Пэйн. — Найди его и приведи сюда… и не важно, что для этого потребуется.
— Я не вернусь без него. Даю слово.
Вишес повернулся к женщине и захватил ее рот в быстром и жестком поцелуе.
— Боже… я люблю тебя.
Призрачное лицо доктора становилось материальным, когда они смотрели друг на друга.
— Мы спасем ее, поверь мне.
— Гребаное солнце. Оно взойдет слишком скоро.
— В любом случае, я хочу, чтобы ты остался здесь. Вы с Эленой должны будете наблюдать за ее показателями, и Хекс все еще в критическом состоянии. Мне нужно, чтобы ты о них позаботился.
Когда он кивнул, доктор растворилась в воздухе, а мгновение спустя Пэйн почувствовала теплую ладонь на своей руке. Это была незатянутая в перчатку ладонь Вишеса, и установившаяся между ними связь принесла ей освобождение, которому она не могла дать названия.
Воистину, она потеряла мать… но если сейчас пройдет через все это, у нее по-прежнему будет семья. На этой стороне.
— Сестра, — пробормотал он скорей не как вопрос, а как утверждение.
— Брат мой, — простонала она… прежде чем сознание выскользнуло из ее хватки.
Но она вернется к нему. В любом случае. Она больше никогда не покинет своего близнеца.
ГЛАВА 69
Хекс проснулась одна в послеоперационной палате, но ощущая Джона где-то неподалеку.
Тяга найти его придала ей сил принять вертикальное положение и спустить ноги с кровати. Пережидая, пока от проделанного ею усилия уймется сердцебиение, она смутно отметила, что на ее больничной сорочке были сердечки. Маленькие такие розовенькие и голубенькие сердечки.
Сил не хватало даже возмутиться. Боль в боку ее просто убивала, а от зуда покалывало всю кожу. ей необходимо было добраться до Джона.
