Автор
Лондон весной 1818 года: мрачные улицы, таинственные лавки и стремительный рост социальных нерваций. Мэг Тиммонс и Леди Беркли вынуждены экономить на развлечениях, но влечение к моде оказалось сильнее их приличий. Насладившись последними штрихами эпохи, они незаметно увязают в глубоких коридорах подделок и ложной роскоши....
Харт глубоко вздохнул.
– Что чувствуют, когда… ревнуют?
Беркли расхохотался.
– Ты думаешь, я знаю?"
"– Ну вот когда Сара чуть не вышла замуж за Бренфорда, ты ведь должен был что-то чувствовать. Отец говорил, что это самое отвратительное ощущение. Я был уверен, что со мной такого не случится.
– Позволь тебя заверить: столкнешься с этим – сразу поймешь.
Харт опять приложился к бутылке и пьяно потребовал:
– Нет, ты все-таки опиши, что чувствовал.
Какое-то время Беркли молчал, потом все же ответил:
– Я готов был разорвать на куски любого, кто хотя бы посмотрит на твою сестру.
– И это все? – рассмеялся Харт и поставил бутылку на пол.
– Я бывал в ярости, конечно. Но не из-за женщины.
– И тебе ни разу не приходила в голову мысль врезать по лицу сэру Уинфорду?
Немного поразмыслив, он вспомнил, что ему действительно хотелось пару раз двинуть как следует красавцу Уинфорду. Значит, это и есть ревность?
– Мне нужно поговорить с ней, Беркли!
– Ну наконец-то! – отозвался Кристиан.
– Похоже, я и правда идиот, как заявила мне Люси Хант.
– Да, здесь я с ней согласен, как и в том, что ты должен увидеться со своей женой.
– Но где ее искать?
– Завтра, на балу у Хантингтонов.
Глава 44
Бальный зал в особняке Хантингтонов сиял огнями. Пространство для танцев в центре заливал свет от люстр с тысячью свечей. Здесь присутствовали представители самых верхов лондонского общества, роскошно одетые, в дорогих туалетах, увешанные драгоценностями, смеялись и явно радовались жизни.
По дороге из Нортумбрии подруга не раз и не два повторила, что ей нечего опасаться, а ее муж добавил: «Вы оба все только усложняете. Вам нужно просто дать ему понять, что готовы поговорить с ним».
Мэг согласилась с ним тогда, но не смогла заставить себя даже улыбнуться. Кристиан был почему-то абсолютно уверен, что Харт любит ее, но Мэг очень сильно в этом сомневалась, а по мере того как карета приближалась к особняку Хантингтонов, ее сомнения превратились едва ли не в уверенность.
Ей понадобилась вся ее воля, чтобы держаться вполне непринужденно, когда в ту же минуту, когда они вошли в зал, к их компании присоединилась Люси.
– Вам здесь очень рады, а ему я сказала все, что о нем думаю.
Мэг к этому моменту тоже была готова, поэтому заявила, вздернув подбородок.
