Автор
Поля узнает об измене мужа и сталкивается с его циничным безразличием. Доверие разбито, брак на грани краха. Но что произойдет дальше? Сможет ли женщина простить предательство или найдет в себе силы начать жизнь заново?
Это лучше, чем нос! У- утешение…
Глава 37
Полина
В воскресенье Марат должен был заехать за детьми и отвезти их к своим родителям. Те еще не вручили подарки. Я собрала сына с дочерью, сама в фитнес-клуб хотела пойти. Передумала, как только увидела Загитова. Синяк на виске, опухшая рассеченная бровь и гипс на правом мизинце.
— Ты откуда такой красивый? — ошеломленно проговорила. Не сразу сложила два и два. А потом как сложила! — Ты к Паше ходил?!
— Полку собирал, а она упала, — сухо отозвался. — Пожалеешь?
— Дети! — крикнула. — Папа пришел, — и на него посмотрела: — Позвонил бы, я сама бы отвезла к маме Жанне. Напугаешь только ее.
— Так поехали с нами. Ты красивая, а я битый, — и состроил жалобное лицо. Но я кремень. Меня на грустные глазки не взять. Я говорила, что не нужно лезть в мою жизнь. Отхватил же! А Паша как там? Тоже наверное красавчик. Стыдно как. Моя вина. Хотела уязвить Загитова, а вышло что спровоцировала.
Да, я общаюсь с другими мужчинами, и ему пора принять эту реальность. Все, конец. Наши миры теперь пересекались только в плоскости родительства. Мне были приятны и ласки, и внимание Реутова — это показатель, что я готова идти дальше. Не вылечилась окончательно, но болезнь прошла острую фазу. Скоро полное выздоровление.
— Нет, — задумчиво крутила телефон. — У меня дела.
— К нему поедешь? — оскалился недобро. — Утешать, да? — в глазах такая непримиримость, но… Марат держался и даже не пытался хватать меня. Вообще не касался. Возможно, что-то все же щелкнуло в его голове? А, может, я стала запачканной женой и больше меня возвращать ни к чему? Если так — что чувствовала по этому поводу? Кажется, ничего. Ни тоски, ни радости, ни облегчения. Ничего. Рядом с Маратом я разучилась чувствовать…
— Не скажу, — пожала плечами. Марат зажмурился, сжал кулаки и начал считать до десяти. Аутотренинг? Оценить результат не успела, бандиты выбежали. Во все глаза отца рассматривали. Пусть объясняет про полку и свое лицо. По пальцу, наверное, молок прошелся.
Я попрощалась с двойняшками, кивнула почти бывшему мужу и набрала Реутова. Я перед ним виновата. Нужно извиниться и пожалеть: ну хотя бы первую помощь оказать!"
"— Я приболел, Поль. Наше свидание отменяется, — услышала хриплое. Он реально кашлял или притворялся, чтобы скрыть мордобой с Маратом?
— А я тебя лечить буду, — настойчиво проигнорировала его доводы. Заразить не хочет, ага!
— Поль, не надо, — строго так.
— Диктуй адрес. Паш, я не шучу.
Он жил в районе Якиманки.
