В пленительной СИ-сюжете "Мой обаятельный мерзавец", глава не замечает первоначальной неприкаянности, но с каждым новым поцелуем и толчком встает на другой уровень эмоций. Его дыхание — напоминание о том, что рядом есть страсть и безумная интимность, захватывающая все мысли и мышления....
Но тот, что обычно испытывает жертва, глядя в лицо своей будущей смерти.
Министр правопорядка, в свою очередь, оставался невозмутим. И даже мое появление в его кабинете не вызвало в начальнике должного интереса.
И лишь тогда, когда я остановилась в шаге от его рабочего стола, нависая над сэйром Варнадо, со сложенными за спиной руками и гордо выпрямленными плечами, он поднял на меня взгляд.
— И? — нелюбезно поинтересовался начальник, выгнув темную бровь.
Все, на что мне хватило самообладания, это не поинтересоваться глупо в ответ, что именно «И?».
* * *— Где мой отчет, тэра Ирис? — требовательно повторил свой вопрос министр, похоже, наслаждаясь крайней степенью недоумения, отразившегося на моем лице.
Отчет? Он всего лишь желает получить отчет? И как я могла об этом забыть?
Хотя учитывая, что от волнения все утро меня тошнило, было неудивительно, что информация о каком-то там отчете вылетела у меня из головы.
Однако подобная оплошность произошла со мной впервые за три года. Но глупо будет отрицать, что и случай был нерядовым.
— Отчет остался у меня на столе, — облизнув пересохшие губы, я, наконец, вернула себе дар речи, — Минуту, я сейчас все принесу и…
— Не стоит, — перебил меня сэйр Варнадо, — Отчет принесете позже.
Я, уже было дернувшаяся в сторону двери, тут же послушно замерла на месте. И с испугом наблюдала за тем, как глава министерства правопорядка поднимается из своего глубоко, безумно дорогого и, смею утверждать, очень удобного кресла, расстегивает пуговицу на своем не менее дорогом пиджаке и медленно обходит стол, крадучись словно опасный зверь.
Остановился сэйр Тобиас Варнадо лишь в нескольких дюймах от меня, взглянув на меня своими темными глазами, и этим беспощадным взглядом прочно пригвоздив к месту.
Пожалуй, сейчас при всем своем желании я бы не сумела отодвинуться. Но я этого делать не желала. И вовсе не из-за безумной притягательности одного мерзавца, чей запах полыни и древесной коры вновь сейчас окутал меня после памятной ночи.
— Вы же не думали всерьез, тэра Ирис, будто наши внештатные отношения избавят вас от необходимости выполнять ваши непосредственные обязанности? — поинтересовался у меня тем временем министр правопорядка.
