В пленительной СИ-сюжете "Мой обаятельный мерзавец", глава не замечает первоначальной неприкаянности, но с каждым новым поцелуем и толчком встает на другой уровень эмоций. Его дыхание — напоминание о том, что рядом есть страсть и безумная интимность, захватывающая все мысли и мышления....
А мы по-прежнему сидим, держась за руки. И это одновременно дико и странно, но отчего-то так правильно."
"— Сэйр Альмандо Джорельти серьезно болен, — через некоторое время нарушает тишину в салоне автомобиля глава министерства, — Правители всерьез опасаются, что вскоре он может отойти за грань. И потому они открыли конкурс на место в правящей десятке. Я один из кандидатов.
Вот так. Сухим и безэмоциональным голосом сэйр Тобиас Варнадо поведал мне столь шокирующую и ужасающую новость.
Собственных эмоций мне сдержать не получается.
Но меня ждет разочарование. Сэйр Тобиас Варнадо уже сумел взять себя в руки. И сейчас его лицо не выражает ровным счетом ничего. На нем все та же, безупречная маска вежливой отчужденности.
Но с чем связано его первичное раздражение? Неужели он разозлился из-за наличия конкурентов? Вероятно, так и есть…
Но абсолютно ясной для меня становилась еще одна вещь — теперь сэйр Тобиас Варнадо становится для меня опасен как никогда.
Глава 8
В тот день, когда мы вернулись в министерство, все оставшиеся часы рабочего дня я так и не смогла себя заставить сделать хоть что-либо. Все мои мысли и тревоги крутились лишь вокруг одной фигуры.
И одна короткая фраза сумела разрушить прочно выстроенный за эти годы мир. Что будет, если сэйра Варнадо изберут в правящую десятку, я не представляла.
Молодая кровь, добравшаяся до верхушки власти, принесет вслед за собой и изменения. И что-то мне подсказывает, что эти изменения будут отнюдь не радужными для сил Сопротивления. Хотя, казалось бы, правители уже ужесточили все правила и придумали уйму запретов. Но ведь нет предела совершенству?
В подобной прострации прошел и следующий день.
Иначе своего поста личного помощника я лишилась бы гораздо раньше срока только лишь потому, что не сумела бы взять себя в руки и сделать хоть что-нибудь.
А на следующее, воскресное, утро на моем запястье появилось короткое послание, выведенное чернильными сгустками тьмы.
