Кассандра Гранина вздохнула и прижала руки к груди, стараясь успокоить сердце. Она продолжила бег на перекошенных от жары камнях, глаза сверкали от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь дымчатый ветвистый кустарник. Каждое движение требовало усилий, но она не хотела остановиться перед тем, как достигнуть безопасности....
Мне пытались вернуть память.
По щекам опять потекли слезы, и я торопливо их вытерла. А потом, все же не выдержала, наощупь нашла руку мальчишки, что сидел рядом, ухватилась за нее.
Шершавая. Горячая. И такая сильная и надежная.
Он вздрогнул от моего прикосновения. Я снова всхлипнула, притянула его к себе, крепко обняла и расплакалась, уткнувшись в крепкое плечо. Одежда незнакомца пропахла дымом и пеплом, но сейчас он был единственным якорем в этом чужом и таком жестком мире. Мне было так страшно! И так хотелось поделиться этим ощущением с кем-то еще, чтобы оно взяло и сошло на нет!
Я теперь никому не доверяла, но ему… Словно что-то забытое и родное оказалось близко.
– Не реви. Я все решу и помогу тебе, – вдруг сказал он.
Я потерлась носом о его плечо, и паренек вздохнул. Завертелся, скидывая куртку, накинул ее на меня, решив согреть.
– Что там с гиаштами? Совсем достали? – спросил тихо.
– Я им сразу не понравилась.
– Змееподобным вообще мало кто нравится.
Это верно. А если в который раз вспомнить, что подростковом возрасте у них просыпаются инстинкты хищников – гиашты так и норовят найти жертву и поохотиться за ней, о чем тут говорить.
– Они живут на Таире второй месяц, никак из приемника не отправят в приют на Гиашту.
– Таир ведь далеко от их планеты, – всхлипнула я. – Зачем змееподобных вообще сюда привезли?
– Моя планета тоже далеко, но приемник для тех, кто остался без родителей, на этот звездный сектор один.
– А ты… откуда? И у тебя нет родителей? Они умерли?
Парень вдруг зашипел, оттолкнул меня и шумно выдохнул.
Потеряв в темноте своей единственный ориентир, я запаниковала и тут же снова ухватилась за его руку.
– Не бросай меня одну, пожалуйста, – попросила тихо.
В конце концов, если он так сильно не хочет рассказывать о своих родителях и планете, я не буду расспрашивать.
Незнакомец не ответил, на некоторое время будто закаменел.
Сразу стало теплее и спокойнее.
– Так кто конкретно из гиаштов оказался столь не любезен, что тебе пришлось лезть через терновник и угадить сюда?
Так вот как эти кусты называются! До чего же ужасные!"
"– Линд и Дантар, имен остальных пятерых я не знаю.
