Автор
Улыбка девочки заставляла забыть о всем остальном — от бездонных голубых глаз до губок-бантиков и персиков-щечек. Шикарные льняные волосы завивались в аккуратные локоны, лишь небольшой сдвиг бантчика и капля чего-то темного на носу напоминали о реальности за окном. Оксана, зная эту малышку уже давно, увидела бы её снова как ангелообразную особенность в этом мире....
Если сейчас и они ляпнут что-то такое, она взорвется! Вот честно… Но, на удивление, родители лишь восторгались новорожденным. Щекотали его голые пяточки — в палате было ужасно жарко, и целовали почти прозрачные, шелушащиеся щечки. Это было очень мило, но уже минут через десять Оксане не хотелось ничего, кроме как остаться одной. С тем, чье сердечко еще несколько часов назад билось в ней.
В кои веки родители проявили чудеса такта и, забрав старших детей, оставили ее отдыхать. Оксана приложила кроху к груди и даже задремала, пока тот ел.
— Вернулся?
— Угу. Искупался, переоделся и сразу к вам, — прошептал Матвей, осторожно вытягиваясь рядом с женой и сыном.
— Отдохнул бы…
— Я не устал.
— Ну, как знаешь, — расчувствовавшись, Оксана шмыгнула носом. Муж был с ней рядом во время родов и в первый и во второй раз. Он вообще всегда был с ней рядом…
— Эй, ну, что такое? Ты чего, маленькая?
— Ничего! — всхлипнула Оксана."
"— А… Понятно… Накрыло тебя, да, моя хорошая?
— Ничего подобного!
— Тогда что?
— Дети сказали, что маленький страшный! — выпалила она.
— Кто сказал? — выпучил глаза Веселый, переводя взгляд на новорожденного сына. — Вроде ничего, — пожал плечами, — да и в кого ему страшным был? Вы привлекательны! Я чертовски привлекательный… — начал паясничать, но, получив тычок в живот, замолчал. — Эй… Маленькая, ну, ты чего плачешь?
— Тебе смешно, а Герка, гад, так и сказал «стася» — подражая старшему сыну, скривилась Оксана.
— Стася? Стася?! — захохотал Матвей. Он так ржал, что чуть не упал с кровати. И это еще хорошо, что Оксана не дотянулась, чтоб его как следует пнуть! Потому что очень хотелось… Ей богу!
— Что здесь смешного? — дикой кошкой зашипела она.
— Стася! Его зовут Стася! Страшный… вот ведь придумала! — вытирая слезы, продолжал веселиться Веселый.
— Стася? Какой Стася? Это почему Стася? Кто так решил?
— Стасик.
— Вторую! Дочку! Предполагалось, что ты назовешь дочку.
— Могу и дочку назвать… Потом. А пока Стасик. Вот… Или тебе не нравится?
Оксана перевела взгляд на сына. Шмыгнула носом. Всхлипнула… Рассмеялась. Стасик… Ну, ладно. Признаться, могло быть намного хуже. А вот с девочкой Веселый погорячился. Хватит с него детей. Тем более что девочек он, похоже, делать разучился.
Конец"
