Верой во всем, что у нее ни разу не казалось возможным, девушка продолжала скрывать свой страх перед соседом-оборотнем. Однако теперь его планы натянули тугую ленту между ними, и она готова взять ответственность за свои шаги в одиночку.
Но на оборотне мои беды не закончились: из окна второго этажа выглядывала с перекошенным лицом мама.
— Диана, — громко позвал Благояр, — может, объяснишься, куда ты пропала с утра. Только сказала, что за вещами, и скрылась.
Я встала как вкопанная и, трясясь от ужаса, непроизвольно подняла взгляд на окна нашей квартиры. Мать, замерев истуканом, стояла с открытым ртом.
— Из постели вылезти не успели, как ты упорхнула, — добил меня медведь.
Я физически ощутила, как кольнуло сердце. Он ведь знает, что со мной сделают родители.
За что?
Мне стало так больно. Мама спешно кому-то звонила. Я кожей ощущала злобу, исходящую от неё. Благояр же не сводил с меня взгляда, словно ждал чего.
Сглотнув, я не знала, куда себя деть. Что делать? Куда бежать?
— Диана, домой, — прогорланила на весь двор мать, — жених едет в гости.
А я стояла и не двигалась.
Проходили минуты. Из-за угла выехала на бешеных скоростях машина Изебора, и я сообразила, что мне конец. Вот кому мать позвонила. Остановившись подальше от Благояра, трусливый сатир выбрался из машины и рванул ко мне.
Лицо обожгла пощёчина.
Странный жуткий рёв огласил округу.
Кто-то меня толкнул, и я оказалась сидящей на земле. В паре метров от меня оборотень со зверской частично трансформировавшейся рожей методично калечил блеющего козла. Я отчётливо слышала тихие, слегка чавкающие звуки ударов. Лицо Изеньки теперь напоминало красный блин. Из носа брызгала кровь, заливая подбородок сатира.
Выглядело все это мерзко.
— Только посмотри в её сторону, — рычал оборотень.
Ухватившись за рог козла, он буквально выворачивал его. Изечка орал дурниной. Рядом, всплёскивая руками, металась невесть откуда взявшаяся мать. Её не волновало, что дочь ударили, тут ведь будущего зятька калечили. Солнышка её ненаглядного.
— Я вас засужу, — двор огласил её истеричный вопль, — эта коза распутная ещё прав юридических не имеет и неважно, что совершеннолетняя. Вы права не имели её трогать. Вы мне заплатите!
Благояр рассмеялся.
— Деньги нужны, коза старая, — прошипел он, — а подавай на меня в суд. Я тебе заплачу. Вот сколько назначит старейшина за дочь твою — столько и получишь.
— Только старейшина не из перевертышей будет, — мать, щурившись, одарила злющим взглядом сначала меня, а потом и оборотня, который всё ещё сидел верхом на поверженном притихшем сатире."
"— Это не тебе и не мне решать.
