Оливер обычно избегает заманивать женщин с амнезией в брак. Но этот раз отличается. Когда женщина, которая должна была бы быть моей мечтой, оказывается перед ним на коленях — он не может устоять. Этот момент открывает новые грани их отношений и вызывает множество вопросов о том, что она могла бы сделать в такой ситуации....
Плыть обратно к берегу было нелегко, но когда я разложил Брайар на аккуратно подстриженном газоне и прижал дрожащие пальцы к ее шее, на моей коже раздался безошибочный теплый стук пульса. Слабый, но есть.
Я подавил вздох облегчения, прежде чем понял, что ее кожа головы - да и все лицо, собственно, - гораздо темнее, чем остальная часть ее мокрого тела. Кровь. Ее лицо было в крови. Должно быть, она получила травму при ударе головой.
Кровь.
Вода.
Травма.
Поток воспоминаний хлынул через шлюз. Я схватил телефон и позвал на помощь.
У меня еще будет время, чтобы рассыпаться.
Но это время было не сейчас.
11
Брайар
Шестнадцать лет
Еще одно лето, еще одна роза.
— Пурпурно-голубая роза. Самый редкий цвет для розы. По совпадению, это цвет твоих глаз. — Олли наклонил голову, чтобы поцеловать тыльную сторону моей свободной руки, его взгляд не отрывался от моего. — И моих яиц круглый год.
Я рассмеялась.
— Сильно извращаешься?"
"— Очень. Так чертовски много, что ты даже не представляешь.
Я изогнула бровь.
— Что у меня сомнительный вкус на мальчиков?
Грудь Олли зазвенела от смеха, когда он наклонился для еще одного быстрого поцелуя. Я уставилась на свой простой топ и джинсы, жалея, что у меня нет возможности надеть милое платье, которое я сшила именно для этого случая. Его первый день в Швейцарии. Себ предупредил меня, что его брат попытается устроить мне сюрприз.
И все же Оливеру удалось застать меня врасплох на берегу озера, когда я лежала на траве под дремотным солнцем и выводила пальцем очертания толстых пушистых облаков. Он, как всегда, запрятал розу в мои волосы и, опираясь на локоть, смотрел на меня с мечтательной ухмылкой.
Я выдернула ее из волос и прижала к носу.
— Где ты ее взял?
— В Австрии.
Я сорвала с розы бархатистый лепесток и потерла его между пальцами.
— Она от природы голубая?
— Нет. Они лично выращивают розы, используя специальную подкрашенную воду.
— Вывести? — фыркнула я. — Ты просто хотел использовать это слово.
Он закатил глаза.
— Виноват, зануда.
— Почему ты инвестируешь в голубые розы?
— Потому что, когда они станут товаром, я смогу посылать тебе их каждые выходные.
Было ощущение, что он выдернул землю у меня из-под ног, научив меня летать.
