Автомобиль летит по застывшей снежной пыли, снаружи мир тускнеет до серого пятна, но внутри машины жизнь бьется как мелкая зверюшка в железном кломпе. Моя дыхание вырывается прерывистыми волнами из крепко пришитой за живот куртки, каждый удар проникает сквозь ткань и задевает кожу, ожидая своей очереди выжить....
Помнишь, я вышел из подъезда? Словно, не обнаружил тебя дома и вышел искать на улицу… ты все так и представила.
— Обвел меня вокруг пальца, — онемевшими губами произнесла я, — и не было работы в тот день…
— Да, у нас были с ним совместные дела. Я выпытывал информацию, — усмехнулся он.
— Как же он подставил всех, все доверяли Славе.
Демьян только хмыкнул. Он был уверен в себе…
— Тогда почему, если он сливал тебе информацию, ты ничего не знал о вечере, когда меня забрали у тебя? — хмурюсь я, хотя, кажется, уже знала ответ.
— Захар с Владом знали о нем вдвоем. Здесь я был бессилен, — сжал челюсти Демьян.
Я посмотрела на мужчину, он же уперся в меня немигающим взглядом.
— Что ты хочешь от меня? — слышу свой голос и не узнаю его.
— Мои желания не меняются от настроения, Ярослава, — проговаривает Демьян, — я по-прежнему люблю тебя.
— Неужели ты спустишь с рук то, что я тебя предала? — усмешка тронула мои губы, однако в душу закралась какая-то выжигающая горечь.
— Не спущу, — услышала я его спокойный голос и проследила за его рукой, которая распахивает ворот рубашки пошире. Нервничает. Все столь скользкие разговоры заставляют его нервничать, я понимала его состояние.
— Захару давно нужно перестать мучиться воспоминаниями и болью утраты. В качестве своих лекарств он выбрал тебя и подсел, — я пыталась дышать спокойно, слушая его гневную тираду, хотя все это он произносил спокойным тоном, — ничего ему не помогает, Ярослава.
Демьян посмотрел на меня и продолжил с ухмылкой:
— Его ничто не излечит. И стоит только его разлучить со своим лекарством, как он снова становится уязвимым. А с тобой он уязвимый параноик, который двадцать четыре на семь оберегал тебя от меня.
— Он всего лишь любил и хотел быть любимым, — произнесла я, вспоминая несчастную девушку, — за что ты так с ней, Демьян? За что?
Ян понял, о ком я говорю. Он все прекрасно понял и, возможно, даже ждал от меня этого вопроса. Может быть, ему давно хотелось поговорить об этом?
Демьян присел на край кресла, расположился прямо напротив меня. Он впился в меня своими светлыми глазами и думал над своими будущими словами. Тщательно думал.
