Автомобиль летит по застывшей снежной пыли, снаружи мир тускнеет до серого пятна, но внутри машины жизнь бьется как мелкая зверюшка в железном кломпе. Моя дыхание вырывается прерывистыми волнами из крепко пришитой за живот куртки, каждый удар проникает сквозь ткань и задевает кожу, ожидая своей очереди выжить....
Я понимал, что теперь долго не смогу отделаться от клейма в своих кругах — подумать только, какая-то девка окрутила меня вокруг пальца!
— Она была девушкой, — качаю я головой, — она была женщиной в первую очередь! Беззащитной, слабой…"
"— Не такой уж и беззащитной, раз возомнила себя невесть кем! Раз пошла против меня! Меня могли грохнуть за то, что такая информация просочилась в город! Я первые годы жил, как на прицеле. Ты и сама помнишь, как я оберегал тебя. Мы познакомились, когда я был в Польше, и знаешь, что я там забыл?
— Что? — спрашиваю я.
— Свое потерянное имя! Имя, которое девка Захара смогла опозорить…
Я качаю головой и откидываюсь на спинку дивана. Демьян спокоен и это развязывает мне руки:
— Неужели ты так сильно любишь меня, что… я все еще жива? — шепчу я, — не верится.
— Я люблю тебя, — вторит Демьян, не сдвигаясь с места, — я все три года жил. И без тебя уже не смогу.
— А они все — Виктор Штайн и Захар не жили, они испытывали ужасные муки, — произношу я то, что на сердце.
— Это не моя забота, — отмахнулся Ян, словно от мухи.
— Ты даже сейчас не признаешь свою вину, ведь так? — беспомощно шепчу я.
Ян молчит, только смотрит пронзительно. Не отпустит. Нет, он меня не отпустит.
— Виктор Штайн, которого я, кстати говоря, узнала совсем недавно, стрелял в меня.
Ян дернулся, однако тут же стих и вернул себе невозмутимый вид.
— Назвал меня беляевской девчонкой и готов был застрелить. Он целился в меня и говорил нелицеприятные вещи, он был безумен и за все эти годы сошел с ума.
Ян молчит.
— Его жизнь потеряла смысл, как только он задумался о мести. Три года назад.
— Я знаю, он мертв, — бросает Ян.
— Но ты не знаешь, какой ценой, — грустно улыбнулась я равнодушию Яна, — Захар спас меня. И что же, ты до сих пор хочешь убедить меня в том, что он заодно со Штайном и живет только местью? Хочешь убедить меня в том, что он меня использует?
Ян не шелохнулся, продолжая сверлить меня взглядом.
— Ты изменилась…
— Может быть, я уже не та, которую ты любил? — спрашиваю я, пользуясь моментом, — я хочу начать жизнь с нуля, но не с убийцей. Я хочу найти в этой жизни не только место в чьем-то сердце и сидеть там навеки, понимаешь? Я хочу найти свое призвание. Учиться, работать, любить…
— Разве меня ты не любила? — перебивает он и вздрагивает в ожидании ответа.
— Больше не люблю, — выдох.
— Изменилась… — шепчет он, не сдвигаясь с места.
