Антон Паркуется на стоянке возле дома своей новой жены. Черный «БМВ» растворяется в толпе машин. Антон прикуривает сигарету и наблюдает через закрытое окно, откинувшись на сиденье. Район элитный: блестящие башни, стеклянные двери, огромные холлы. Здесь всё по-европейски — даже детские площадки и дорожки для прогулок....
Эта ночь откинула нас очень далеко, далеко и надолго, на четыре года.
Глава 28
Антон
Заношу сопротивляющуюся Таню домой, ставлю на пол и, пока она не опомнилась, выхожу из квартиры и запираю ее там.
– Аверин! Открой! – кричит она, колотя по двери. Не обращаю внимания, сбегаю вниз и иду к машине. Оглядываюсь на дом и вижу Тату, наблюдающую за мной в окно. Хреново вышло, как знал, что не нужна мне эта порноактриса, но за каким-то чертом потащил ее с собой. Вынимаю телефон и вызываю такси.
– А что происходит?! – недовольно фыркаем Марина, куря в салоне.
– Ты сейчас быстро прячешь свои прелести, – указываю глазами на ее расстегнутую блузку, – и едешь домой.
– Ну и мудак же ты! – обиженно кидает мне Марина, действуя на нервы. Хватаю ее за блузку, тяну к себе.
– Как ты меня назвала?! – Тушуется, растерянно хлопая пьяными глазами. – Быстро оделась и вышла из моей машины! – отталкиваю ее от себя, захлопываю дверь и вновь перевожу взгляд на окна.
Таня там же, смотрит на меня. Сейчас, родная, я скоро приду, и выскажешь все, что ты обо мне думаешь.
– Ну извини, всегда есть женщины в приоритете, и ты, к сожалению, к этой категории не относишься.
– Вот только оскорблять меня не нужно! – дерзко выкрикивает Марина.
– Да я и не думал оскорблять. Просто пересмотри свои взгляды на жизнь.
– Ой, не учи меня жить, лучше дай сигарету, – цокает она.
– Это просто совет, со стороны, – усмехаюсь я и протягиваю ей всю пачку с зажигалкой.
Марина уезжает, а я спешу домой. Там моя злая женщина, и придется изъясняться. Хотя и она мне задолжала объяснения.
Открываю дверь, раздеваюсь в прихожей, взъерошиваю волосы и прохожу в комнату. Таня так и стоит у окна, не включая свет, помещение освещают лишь подсветка кухни и свет ночного фонаря с улицы. Подхожу к ней сзади, прижимаюсь грудью к ее напряженной спине, утыкаюсь носом в шелковые волосы и глубоко вдыхаю.
– Аверин, от тебя пахнет этой шалавой, – раздраженно выдает она. – Не трогай меня.
Я согласен, что пропитался приторными духами Марины, но и отходить тоже не собираюсь.
