Антон Паркуется на стоянке возле дома своей новой жены. Черный «БМВ» растворяется в толпе машин. Антон прикуривает сигарету и наблюдает через закрытое окно, откинувшись на сиденье. Район элитный: блестящие башни, стеклянные двери, огромные холлы. Здесь всё по-европейски — даже детские площадки и дорожки для прогулок....
– Мам, – Нюся несется к нам. Девочка останавливается, осматривает меня, смущается. – Привет, – хватается за Танину ногу. – Ты к нам в гости? – хороший вопрос.
– Нет, он просто проходил мимо и уже уходит, – говорит Таня, кидая на меня хмурый взгляд.
– Я не тороплюсь, – подмигиваю девочке.
– А у тебя есть семечки?
– Нет, – качаю головой. Девочка вздыхает. – Птички хотят кушать, – с сожалением произносит она, надувая губы, и сдувает челку, лезущую в глаза, вызывая умиление.
– Ну этого нельзя допустить, пошли купим им еды, – протягиваю ребенку руку.
– Правда? – распахивает глазки.
– Аверин! – Таня стреляет в меня колким взглядом и берет дочь за руку, отодвигая от меня. – Настя, так нельзя! – строгая.
– Почему нельзя? Птички хотят кушать, – так искренне спрашивает она. Таня начинает что-то объяснять, а я разворачиваюсь и иду к небольшому маркету во дворе. На кассе быстро беру большую пачку семечек и несколько шоколадных яиц с сюрпризом внутри.
Вновь подхожу к девочкам и вручаю Нюсе пакет семечек.
– Ого, – радостно забирает у меня пакет, хитро посматривая на киндеры.
– Настя! – разражено восклицает Таня, начиная выходить из себя. – Нельзя ничего брать у незнакомых людей!
– Нельзя? – спрашивает у меня с детским сожалением. Игнорирую Танины психи, присаживаюсь перед девочкой на корточки и протягиваю яйца. – Мама права, у незнакомых – нельзя. Но мы же знакомились? – Кивает с улыбкой и с удовольствием забирает пакет.
– Аверин. Зачем ты это делаешь? – шипит как кошка.
– Это просто семечки и просто сладости! В чем проблема? – не хочу с ней спорить, сил нет совсем, хочу просто побыть с ней рядом.
– В том, что завтра она расскажет это отцу!
– Да бля… – осекаюсь, смотря на девочку, но она сосредоточенно разворачивает киндеры. – Это просто сладости!"
"Тяня шумно выдыхает. Открывает рот, чтобы парировать, но захлопывает его, всматриваясь куда-то позади меня. Оборачиваюсь и вижу, как к нам с улыбкой идет женщина лет пятидесяти, может, немного старше, но стильная одежда, макияж и явная пластика делают ее моложе.
– Добрый день, – здоровается она с Таней и скользит по мне взглядом, изучая.
– Здравствуйте, Тамара Георгиевна, – кивает Таня и намеренно отдаляется от меня. Отхожу назад и сажусь на лавочку, голова опять тяжелая, на глаза давит болью так, что уже трудно держать их открытыми. Мне бы в аптеку за допингом, только, боюсь, Таня сбежит, пока я буду ездить.
