В заброшенном особняке в центре города с каждым днем появляются странные исчезновения и убийства. Жертвы оказались случайными прохожими, но все происходят под чутким наблюдением неуловимого преступника — "мужчины без лица". В доме начинают крадуться и тихо шептаться лишь те, кому известно имя его женщины....
– Но…
– Я сказала, нет!
Девушка не стала настаивать, у меня наверняка бешеный вид, что лучше не связываться. Доела кашу, в ванной комнате – здесь она как в лучших отелях – умылась, смотрю на свое отражение приглаживая волосы, надо было собрать их, но резинки нет. У Тихона всегда были такие – цветные для денег, устало улыбаюсь, а руки трясутся.
Нет, с ним ничего не случится. Он сильный, он воин.
Но не пойму, почему так давит в груди и слишком обострено чувство тревоги?
Прижимаю к груди ладонь, спускаюсь ниже, накрывая живот.
Иду снова в палату, сажусь на кровать, запустив руки в волосы, раскачиваюсь из стороны в сторону, успокаиваю себя, но мысли, одна страшнее другой, разъедают сознание.
Нинка позвонит, я знаю. Все расскажет, как я и просила, если Тихон спросит.
Глава 41
Покровский
Жмурюсь от яркого солнца, открыв бардачок, пытаюсь найти солнцезащитные очки, отвлекаюсь от дороги на какую-то секунду, но тут же, замечая движения справа, выкручиваю руль в сторону.
Меня заносит на встречную полосу, истошный сигнал проезжающих машин, справляюсь с управлением.
– Сука! Куда прешь?!"
"Кто-то кричит из открытого окна, но орать нужно не мне, а тому черному автомобилю, что нагло подрезал меня и уже уехал далеко вперед. «Кайен» и еще пара машин застыли на дороге, перекрывая другим пути.
– Вот же сука ебаная! – ударяю по рулю, матерюсь, думая о том, что это не случайность.
Ладони вспотели, в висках барабанной дробью пульсирует боль. Смотрю на свою рожу в зеркало заднего вида, надо срочно кофе и холодный душ, чтоб не заснуть и хоть как-то привести себя в норму.
Через несколько минут заезжаю на подземную парковку городской квартиры, надо бы вызвать кого-нибудь из ребят, чтоб сели за руль, сам не доеду точно. Мне бы поспать часа два, тогда бы я смог и сам ехать, но времени нет.
