В заброшенном особняке в центре города с каждым днем появляются странные исчезновения и убийства. Жертвы оказались случайными прохожими, но все происходят под чутким наблюдением неуловимого преступника — "мужчины без лица". В доме начинают крадуться и тихо шептаться лишь те, кому известно имя его женщины....
"
"Вот так, вся моя жизнь идет через это поганое слово. Так можно договориться до младенчества. Надо не бежать, а бороться, надо было не быть овцой, которую ведут на заклание Косте, не цепляться за его заботу, не принимать больное чувство за любовь, а отстаивать свою свободу и независимость.
Ничего этого не было сделано. Но как это было делать пятнадцатилетней девчонке, которой некому было подсказать, что хорошо, а что плохо? Хороший вопрос.
Гектор, закинув ноги в начищенных до блеска осенних ботинках на журнальный столик, что-то читает в телефоне.
– Мы не можем поехать поездом?
– Нет, мы поедем на машине.
– А ты брезгливый.
– Не люблю скопище людей не пойми кого и откуда.
Вытираю волосы, тут же пытаясь запахнуть полы безразмерного халата. Хоть это и дыра, но даже есть фен.
– А с каких пор ты такая скромница?
Мужчина отрывается от телефона, кинув его на столик, смотрит на меня.
Весь такой лощеный, свежая черная футболка – и где только взял? Он проводит пальцами по своему подбородку, прищуривает глаза, изучает меня.
– Год назад ты танцевала стриптиз в баре, как его, напомни – «Шульга», «Фольга»?
Как он мог забыть название того места, где сам ошивается? Прям великий конспиратор.
– «Фольга», было дело, выпила лишнего, а ты стоял и смотрел? Серьезно? Понравилось?
Сажусь в соседнее кресло, закинув ноги на столик, зеркалю его позу, также склонив голову, смотрю в голубые глаза.
– Надо было, чтоб Никифор тебя пиздил днем и ночью за такие выходки с детства.
Нет, меня с детства приучали к другому.
– А тебя пиздили? Ты тоже детдомовский? Метод насилия малоэффективен, он вызывает лишь протест.
Он не отвечает, на скулах лишь играют желваки.
Кидаю взгляд на его телефон, можно было взять без спроса, позвонить, но там точно заблокирован экран, как и у двух наших сопровождающих. Я могу позвонить только Нинке, ее можно попросить перезвонить на тот мой номер, чтобы она объяснила Тихону, где меня искать.
