Баграт отказывается жениться на соседней девчонке из-за ее подростковой невесты, но я остаюсь упорным искателем любви, даже если это значит выйти за нее замуж. Моя любимая мачеха — как бы странно это ни звучало, — олицетворяет сомнения в этом пути, создавая атмосферу непредсказуемости и шокирующих открытий для главного героя....
Будешь морковно-творожную запеканку?
Рома тяжело вздохнул:
— Значит нормальной еды нет? Одна полезная муть? Нет, я пас. В офисе перекушу.
Рома подошел к кофе-машине и запустил ее.
— Хоть кофе в этом доме нормальное есть! А ты как? — он кивнул на живот.
— Хорошо, спасибо.
Я улыбнулась парню. Ему тяжело было проявлять заботу, но он старался. Хорошо, хоть его чувства ко мне прошли. Да и были ли они настоящими? Я не знала, но верила, что Рома обязательно встретит свою половинку и будет счастлив! Так же как и мы с Багратом.
Сынишка напомнил о себе очередным пинком, от которого заныл низ живота. Я поморщилась от боли и присела отдохнуть немного. Все таки тридцать девятая неделя подходила к концу и живот был уже не маленьким. Поясница еще с вечера болела, да и я как бы не храбрилась, уставала быстрее, чем раньше.
— Доброе утро, семья!
В кухню вошел Баграт. Муж улыбался, чуть влажные волосы блестели на солнце, а спортивный костюм лишь подчеркивали идеальное тело мужчины. Я засмотрелась на него и не ответила на приветствие.
"Я покачала головой. Даже дома, в семь утра они не забывают о работе! Медленно поднявшись со стула, я сделала несколько шагов, как очередной приступ боли заставил меня ахнуть и застыть на месте. За утро он был далеко не первым.
Неужели началось?
— Мила, ты как? — Баграт оказался рядом в одно мгновение, бережно удерживая за талию.
— Присядь! — Рома уже поставил стул и мужчины усадили меня на него.
— Сейчас полегчает, — успокоила я их.
— Я вызываю скорую! — запаниковал Баграт.
— Не надо, — я взяла его за руку. — Лучше позавтракай и отвези меня сам. Времени еще много. Это только первые схватки, до родов может пройти полдня.
Я ошиблась. Мишка всю беременность показывал излишнюю активность, поэтому роды были стремительными. Уже к обеду, я держала на руках малыша, который очень активно кушал грудь.
Баграт сидел рядом и смотрел на нас, не решаясь прикоснуться к сыну.
— Он такой крошечный, — сдавленно произнес он.
— Совсем нет, — улыбнулась я.
Если бы Баграт его рожал сам, уверена, сын показался бы ему просто гигантом. Все тело болело, но радость от того, что на моих руках лежит самое совершенное чудо перевешивало все остальное.
Баграт пересел ко мне поближе и обнял одной рукой за плечи. В нос сразу ударил знакомый и самый любимый аромат моего мужчины. Я прикрыла глаза наслаждаясь моментом безграничного счастья.
