Баграт отказывается жениться на соседней девчонке из-за ее подростковой невесты, но я остаюсь упорным искателем любви, даже если это значит выйти за нее замуж. Моя любимая мачеха — как бы странно это ни звучало, — олицетворяет сомнения в этом пути, создавая атмосферу непредсказуемости и шокирующих открытий для главного героя....
Мне нужно отстраниться, нужно держать дистанцию, нужно… я рвано вздохнула и попросила:
— Поехали домой, — голос звучал так низко, почти хрипло, но Роман не отодвинулся, не закрыл дверцу машины.
Короткое движение, и кожу лица опалило горячим дыханием, к губам прижались мужские и настойчивые. Сплетаясь языком с моим, Роман целовал меня так жадно, будто пил, а я вместо того, чтобы оттолкнуть, кажется, лишь приоткрыла губы.
Роман ворвался словно вихрь, закрутил меня в танце, его руки обжигали, лаская.
Собрав все силы, я попыталась оттолкнуть мужчину, но он, словно скала, был нерушим. Заметив мое сопротивление, Роман вжал меня в кресло, его руки легли на мои запястья, придавливая их к сидению. Теперь я не могла пошевелиться.
Роман прервал поцелуй, но не отодвинулся. Он смотрел мне в глаза, его дыхание согревало мои губы, а руки все так же удерживали, полностью контролируя меня.
— Не надо. Я жена твоего отца.
Эти слова молнией пролетели между нами.
— Еще минуту назад ты об этом не вспоминала, отвечала на мой поцелуй с не меньшим пылом, — зло заметил Роман.
Он прав. Как же стыдно и все еще жарко от близости мужчины. Я все еще не могу выровнять дыхание, мое тело изнывает, моля продолжить начатое.
— Прости, — прошептала я, глядя в глаза Роману.
Несколько секунд тишины закончились резким и шумным хлопком двери. Я получила свободу от рук Романа, а вместе с ней пришел холод. В попытке согреться, я обняла себя за плечи.
Рома залез в салон спустя несколько минут. От него пахло сигаретным дымом. Раньше мне не нравился этот запах, но сейчас благодаря ему стало уютно.
Роман молчал всю дорогу к дому, лишь кивком поприветствовал охранников, когда мы проходили мимо. Я тоже молчала, но не из-за случившегося, просто со мной происходили странные вещи: мир вокруг стал каким-то смазанным, а вот осязание обострилось. Мысли путались и ухватить их, чтобы сформулировать в предложение оказалось сложно.
Возбуждение.
Несмотря на то, что я до сих пор хранила невинность, наивной я не была.
– Рома, кажется, в том напитке что-то было. Со мной что-то не то, — еле ворочая языком, кое-как вымолвила я.
Он замер и с усмешкой осмотрел меня:
— В том напитке был алкоголь.
