Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
– Что это меняет, Агния? Ответь мне, мать твою, что?
– Что?! Да как ты такое спрашивать можешь, Дань?! Я столько лет себя виноватой считала. Жила с этим…
– Ты позвонила мне, Агния. Ты переложила часть вины на меня. И дело не в отце, не в твоей матери. Вам обеим было по шестнадцать, но ты не жила с этим один на один. А она жила. И, в отличие от тебя, она действительно была виновата. Не только в несчастном случае с Владом, а ещё и в том, что не смогла рассказать, как всё было. Но что это меняет теперь?! Он утонул.
Я приоткрыла губы, чтобы сказать ему. Хотела закричать, что это меняет всё. Но осеклась. Села обратно и отвернулась к прикрытому жалюзи окну.
– Мы с тобой ещё поговорим об этом, Данил, – выдавила я с трудом.
Только он был прав: смерть Влада уже ничего не меняла. И то, что он знал про Наташу, тоже. Его смерть изменила всех нас, но не могла изменить настоящего. И мою любовь тоже. Мёртвое мёртвому.
* * *На следующий мне всё-таки пришлось поехать домой.
Утро началось слишком внезапно, чтобы мы с Данилом успели поговорить. Да и место было неподходящим.
Пока такси везло меня по столичным улицам, решимость всё выяснить начала таять. Действительно ли нам было нужно поговорить об этом?
Забирать Мирона от родителей я не стала. Видеть меня такой: нервной, измотанной, с постоянно влажными глазами, ему было ни к чему.
– Вот сюда, – показала я водителю на поворот.
Перехватила его взгляд в зеркале заднего вида. Возраста он был примерно одного с отцом, и взгляд его чем-то напоминал отцовский, только спокойнее и мягче.
– Иногда мы создаём проблемы на пустом месте, дочка, – неожиданно сказал он.
– С чего вы решили, что у меня проблемы?
Мы въехали во двор. Водитель снова посмотрел в зеркало.
– Я не первый день на свете живу.
Мне оставалось только отвести взгляд. Мы остановились у нужной двери, и я, поблагодарив его, хотела выйти из машины.
– Главное, чтобы дети были здоровы и родители живы. Всё остальное как-нибудь решится.
– Да… – пальцы мои задержались на ручке. – Да, – повторила я уже самой себе и всё-таки открыла машину.
