Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
И он не должен забывать об этом. Как ни крути, а мне бы не хотелось остаток жизни прокатать его в коляске.
– Он тебе такой роскоши не предоставит, уж поверь.
Она ловко поднялась. Смерила меня взглядом.
– Леший сказал, что в семью тебя приняли уже давным-давно. Но всё же, – она протянула мне руку, – добро пожаловать, Рысь.
* * *Ко входу подъехали несколько машин, и друзья Дани, попрощавшись, ушли. Приехавшая погонять компания с шумом вывалилась на улицу. Мне хватило одного взгляда, чтобы почувствовать разницу.
– И что? – спросила я. Присела на колесо, где до этого сидела Пеппи. – Ночь, скорость, адреналин? Дань, я всё понимаю, но…
Пламя в его глазах заставило меня замолчать. А может, не всё? У него явно было что-то на уме.
– А можно я посижу внутри? – Мирон поднял голову.
Одёргивать Даню, когда он приподнял сына, я не стала. Только вздохнула и посмотрела на него выразительно, уже не лелея надежду, что дойдёт.
– Без меня кое-кто стал брать на себя слишком много. Надо поставить на место пару засранцев.
– Решил пометить территорию?
Светящее Данилу в спину солнце попадало мне на лицо, заставляя щуриться. Я могла злиться на Даню сколько угодно. Но вместо этого я напомнила себе, за что я полюбила его. Он ведь не изменился. Понимание этого помогало мне примириться с собственным эгоистичным страхом. Он всегда шёл против течения, против правил, установленных отцом. Я полюбила его таким, какой он сейчас, выбрала его таким.
"– Данил, – позвала я его, глядя снизу вверх и, когда он посмотрел на меня, сказала: – Просто не забывай, что мы тебя любим. Раньше у тебя были только гонки, а теперь есть ещё и мы.
Он протянул мне руку. Как только я подала ему свою, дёрнул на себя. Коснулся лица костяшками согнутых пальцев. Скупая, но до дрожи чувственная ласка.
– Мне нужно посмотреть, как сейчас обстоят дела. Да и ты верно сказала – надо пометить территорию.
– Что ты задумал? – я коснулась его бедра.
Занятый картом, Мирон изобразил рёв мотора. Я улыбнулась, слушая, как он усиленно пыхтит, делая вид, что выжимает скорость. На секунду я повернулась к нему, Данил тоже.
– Этот картодром выставлен на продажу, – сказал Данил. – Я подумываю купить его и привести в порядок. Мне нужно несколько инструкторов и пара толковых механиков.
– А дальше? – спросила я шёпотом.
