Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
– М-м-м, – я устроилась поудобнее, положила голову ему на плечо. – Ну и где твой рассвет?
– Говорю же, смотри.
Вместо этого я прикрыла глаза. Состоявшееся два дня назад открытие нового отеля выжало из меня кучу сил. Но оно того стоило. Нарисованный эскиз воплотился в жизнь, ещё недавно обнесённый строительными лесами замок распахнул двери для первых постояльцев. Но главным в тот день для меня стало другое.
– Дань, – позвала я. Почувствовала, как он вопросительно кивнул. Подбородок его прошёлся по моей макушке, а ладонь накрыла руку.
– Серьёзно?
– Угу. – Я подняла веки, хотела повернуться к Данилу и застыла: в этот самый момент небо осветилось первыми лучами солнца.
Дыхание застыло, по телу пробежали мурашки. Величественный, царственный Эльбрус был как на ладони. Его белая вершина устремилась в небо. Поражённая, я на мгновение потеряла дар речи.
– Такого не бывает, – вырвалось у меня.
– Смотри, – снова шепнул Данил. – Просто смотри.
И я смотрела. Солнце медленно поднималось выше, стремительно нагревая воздух, его персиково-розовые лучи целовали наши с Даней переплетённые пальцы, и чтобы описать, что я чувствовала, мне не хватило бы слов.
– Я люблю тебя, – я вдруг поняла, что плачу.
Я потянула Данила за руку, заставила положить ладонь мне на живот. Он напрягся и развернул меня к себе. Всмотрелся в глаза диким тёмным взглядом. Я слизала с губ солёные слёзы.
– Агния… – просипел он.
Приложив палец к его губам, я прошептала, показав на Эльбрус:
– Просто смотри, Ягуар.
"Он зарычал, уткнувшись лицом мне в шею. Обхватил меня так, что воздух вырвался из лёгких с громким выдохом. Потёрся щекой о мои волосы и с шумом втянул носом воздух.
Можно ли было считать розоватые лучи солнца добрым знаком? Ещё утром я была уверена, что хочу девочку, но сейчас мне стало всё равно. Оставленный на попечение родителей Мирон, должно быть, ещё спал. Мысленно я пообещала себе, что обязательно покажу ему рассвет на этом плато и закат на краю обрыва.
– Ты быстрый, Ягуар, – поглаживая его руку, сказала я. – Во всех смыслах. Я ведь даже не думала… – Я повернулась в его руках. – Что скажешь?
– А что я могу сказать?
– Понятия не имею.
Он долго смотрел на меня. Взгляд его скользнул в сторону, к Эльбрусу. Я ждала. Наконец на губах его появилась полуулыбка.
– Подумать только, отец на старости лет…
– Даня! – я стукнула его в грудь. – Отец – это отец. А ты…
– А я люблю тебя, Агния.
