Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
– А дальше будет видно, – снова взгляд на сына, потом на меня. – Заезд через пару недель. Нужно зализать раны. Ты ведь мне в этом поможешь?
Я подтянула его совсем близко. Вздохнула и улыбнулась уголками губ.
– А разве у меня есть выбор?
– Выбор есть всегда.
– У-у, – я качнула головой. – У женщины Ягуара его нет. Вернее, она его уже сделала. – Я отпустила петельку, провела пальцами по груди Данила. – Только почему-то я всё ещё не вижу кольца на своём пальце.
Он усмехнулся. Пошарил по карманам и достал ключи от стоящего под окнами нашего дома «харлея».
Я с сомнением тряхнула кистью. Кольцо было откровенно великовато. Исподлобья глянула на Даню. Секунда – и он «подогнал» его по размеру, согнув.
– На полчаса хватит.
– А дальше?
– А дальше мы что-нибудь придумаем, – он сжал мою ладонь и взглянул на меня так, словно смотрел не в глаза, а в душу. – У меня на тебя большие планы.
– Например?
– Например, рассвет в горах и маковое поле.
– М-м-м, – протянула я многозначительно, понимая, что он не шутит.
При мысли о маковом поле тело предательски отозвалось, и Даня, конечно же, почувствовал это.
– Согласись, быть женщиной Ягуара не такой плохой выбор.
– Совсем не плохой, – прошептала я, прижимаясь к нему. Сделала крохотный шаг, чтобы встать вплотную. Приподнялась на носочки и выдохнула ему в губы: – Самый лучший выбор, который я только могла сделать.
Эпилог
Агния
– Смотри, – тёплое дыхание Дани коснулось моего уха.
Я прижалась к нему, буквально кутаясь в его руках. Ночь оказалась холоднее, чем я могла представить. И темнее, чем могла быть самая тёмная ночь.
– Вот туда, – показал он в сторону.
Зевнув, я потянулась в его руках. Выехали мы, когда все нормальные люди ложились спать. Но Данины рассказы о рассвете на плато Канжол были настолько яркими, что я бы согласилась на любые испытания. Свежий горный воздух пьянил, чашка с травяным чаем грела руки.
– Знаешь, даже если рассвет меня не впечатлит, я не буду жалеть, что мы тут.
За последние двое суток мы проехали чуть ли не через всю страну. Но о том, чтобы долететь до Кабардино-Балкарии на самолёте Данил и слушать не стал. Чтобы доехать на поезде, тоже. Да я, собственно, и не ожидала этого.
– Если он тебя не впечатлит, значит, ты мало того, что слепая, так ещё и не умеешь чувствовать. Но с этим у тебя всё в порядке.
