В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
«Мало! Как же мало информации!»
Талана выбрала из гардероба строгое чёрное платье с золотой вышивкой, помогла мне его надеть и застегнула на спине. Вместо привычных нам молний, здесь пользовались тучей крючочков, пуговиц и шнуровок. Пытка, а не одежда! Даром, что красивая и сшитая из натурального материала.
На завтрак мы спустились в гордом одиночестве. Я старалась не вертеть головой и запоминать дорогу. Поняла, что моя комната находится на втором этаже по левому коридору от главной лестницы.
Комнаты особняка своим изысканным великолепием вызывали эстетический шок.
Одна надежда, что сыграю я неплохо эту роль. Мы, благодаря литературе и кинематографу, все немножечко артисты. Телевизор помогает нам впитать в себя колорит тысяч масок. Мы миллион раз в год, если не больше, прогоняем через себя мимику разных эмоций. Даже не замечаем этого, считая доступность телевидения чем-то обыденным.
Занервничала я только тогда, когда села за стол.
Три ложки и семь вилок!
Нервно сглотнув, надменно вздёрнула подбородок:
— Положи каши с ягодой и дай ложку, — приказала Талане.
Девушка послушно выполнила приказ, сама не представляя, как этим выручила меня.
Стол ломился от еды, но я из-за страха сделать что-нибудь не так, ограничилась кашей с незнакомым злаком.
Я выпила стакан компота, по вкусу напоминающего грушевый, и поднялась на ноги.
— Идём в библиотеку, Талана.
— Куда? — охнула девушка, не ожидая от меня такого направления."
"Я боялась этого. Очевидно, что мой двойник ко всему прочему ещё и любовью к книгам не отличался!
«А девке тридцать лет… самое время, чтобы понять: вся наша жизнь — это непрекращающееся обучение».
Спорить со мной Талана не посмела, как и заставлять меня два раза повторять, поэтому через десять минут мы оказались на третьем этаже огромного особняка напротив тёмно-вишнёвой двери.
— Мне остаться здесь, госпожа?
— Нет. Принеси графин воды, тарелку бутербродов… и до обеда можешь быть свободна.
Талана растерянно моргнула, но потом согнулась в поклоне и быстро убежала в направлении лестницы.
Выдохнув с облегчением, я несмело открыла дверь и вошла в библиотеку.
