Миша — неуправляемый и безбашенный парень, для которого существует только одна слабость: его сестра Лиза. Но что если они не родные? Решившись проверить свои подозрения, он ввязывается в опасную игру, где любовь и кровь переплетаются в самых неожиданных поворотах судьбы.
Раздел Chitat.online для книги «Моя Нирвана» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Миша — неуправляемый и безбашенный парень, для которого существует только одна слабость: его сестра Лиза. Но что если они не родные? Решившись проверить свои подозрения, он ввязывается в опасную игру, где любовь и кровь переплетаются в самых неожиданных поворотах судьбы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Миша — неуправляемый и безбашенный парень, для которого существует только одна слабость: его сестра Лиза. Но что если они не родные? Решившись проверить свои подозрения, он ввязывается в опасную игру, где любовь и кровь переплетаются в самых неожиданных поворотах судьбы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И Ире с Лешей тоже, но они вернулись домой сразу после твоего ухода, и увидели, в каком мы все были состоянии. Пришлось им сказать. — Папа шумно вздыхает. — Но это должно было остаться только между тобой, мной и Кристиной.
— Лиза давно знает, что меня усыновили. — Спокойно парирую.
От моих слов он замирает.
— Как знала? Откуда?
— Четыре с половиной года назад она нашла в твоем сейфе свидетельство о моем усыновлении. Лиза уже очень давно обо всем знает.
Отец смотрит на меня немигающим взглядом. Кажется, эта информация шокировала его еще больше, чем меня, когда я понял, что Лиза давно в курсе."
"— Но… — произносит и тут же запинается. — Как она ни разу себя не выдала, а я ни разу не заподозрил? — задает риторический вопрос, скорее, самому себе, чем мне.
— А ты вообще много о чем не подозреваешь, что касается Лизы.
— В смысле?
Теперь моя очередь подбирать слова. Но реальность такова, что во мне вдруг ни с того ни сего проснулись злость и негодование на отца. За Лизу и за ее боль. И дипломатичные слова подобрать трудно.
Я не адвокат, в конце концов.
— Ты даже не представляешь, насколько твоя дочь росла несчастным ребенком. — Бросаю ему обвинительно. — И является им до сих пор. Прости, что говорю тебе это, но как отец ты с Лизой конкретно облажался.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — повышает голос. — У Лизы всегда все было.
— Кроме главного! — резко перебиваю его.
— Чего главного?
— Нормальной семьи! — выкрикиваю со злостью.
Отец резко осекается, а меня тем временем уже не остановить:
— Ты дал Лизе абсолютно все: квартиру, деньги, образование, путешествия по заграницам и даже свою фирму, но ты не дал ей главное — нормальную человеческую семью! Ты хоть раз думал, какого Лизе так жить? У всех нормальных детей мама и папа, а у нее мама, отчим, папа, мачеха и куча каких-то сводных братьев и сестер. Ты когда-нибудь думал, насколько она несчастна, живя так?
Он смотрит на меня во все глаза, шокированный моей тирадой. А я завелся не на шутку, потому что мне вдруг по какой-то причине стало больно за Лизу. Как будто я взял на себя часть ее мук и страданий.
— Ты дал семью усыновленному ребенку, но ты не дал семью своей родной дочери, — добиваю его этой фразой.
— С чего ты вообще взял, что Лизе чего-то не хватало? — наконец-то подает голос. Он тоже разозлен. Аж покраснел.
— Я читал в детстве ее дневник, — заявляю без какого-либо стеснения, хотя, конечно, понимаю, насколько мой поступок гадкий. — И знаешь, о чем она писала? О том, что мечтает жить со своими мамой и папой.
— То есть, я должен развестись с Кристиной и снова жениться на Ольге? Я правильно понял твой намек?
— Нет.
